ГБУЗ АО "АКПБ" | ФЕНОМЕН "ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ЖИЗНИ" С ПОЗИЦИИ ПСИХОПАТОЛОГА

ОФИЦИАЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ:


ОТДЕЛЕНИЯ И СЛУЖБЫ:


РАЗНОЕ:


ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ:






ФЕНОМЕН "ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ЖИЗНИ" С ПОЗИЦИИ ПСИХОПАТОЛОГА

Материалы собраны и проанализированы профессором И.Д. Муратовой
(Институт психиатрии и психологии СГМУ, Архангельск)

Введение.

Как выглядит смерть человека? Этот вопрос люди задавали себе со времен возникновения человечества.

Но вопреки тому, что смерть нас очень интересует, большинству из нас тяжело говорить о ней. Смерть находится вне предела досягаемости сознательного опыта, поскольку большинство людей никогда ее не переживали.

Смерть и умирание часто сравнивают с явлениями, которые нам известны. Обычные аналогии этого типа можно провести между смертью и сном: "Когда мы умираем, мы как будто засыпаем". Эта речевая фигура появляется в каждодневном мышлении и разговоре, как и литературе многих культур и эпох.

Несомненно, это стало привычным и у древних греков.

Гомер, например, в Илиаде называет сон " братом смерти" а Платон в одном из диалогов устами Сократа говорит: "Если смерть - это сон без снов, то смерть является большим даром."

Одни говорят, что смерть - аннигиляция сознания, другие с такой же уверенностью утверждают, что это есть переход души или духа в другие измерения действительности.

Традиция, из которой следует такое мышление, очень старая, вероятно, одна из самых старых. Она состоит в том, что человек живет, а когда материальное тело перестает функционировать, оно разлагается. Неуничтоженная форма имеет многие названия: душа, дух, психика, естество, сущность, сознание. И как бы мы ее не называли, мысль о том, что человек в момент телесной смерти переходит в другое царство бытия, принадлежит к старым и очень почитаемым человеческим религиям.

Описания, подобные описаниям "опыта смерти", можно найти не только в т.н. святых писаниях, но и в работах древних мудрецов, философов, в народной литературе.

В нашем обществе Библия считается самой читаемой и самой популярной книгой, из которой черпается слово Божие, она занимается человеком, его духовным миром, вопросами жизни после смерти. Но в целом Библия относительно мало говорит о том, что происходит после смерти, в ней нет детальных описаний загробной жизни. Некоторые библиографы считают, что только два отрывка из Ветхого завета можно недвусмысленно отнести к вопросу жизни после смерти: Исайя 26-19 и Даниил- 12-2.

Пожалуй, самой интересной является рукопись апостола Павла. По дороге в Дамаск он пережил видение, напоминающее переживание "опыта смерти" и встречу со светоносным существом. Это видение изменило ход его жизни. Он стал главным проповедником христианства. Но есть различие описания "опыта смерти" Р.Моуди и апостола Павла: ему не грозила смерть. В рассуждениях о природе загробной жизни Павел говорит, что некоторые сомневаются в христианском толковании, спрашивают, в каком теле будет пребывать человек после смерти.

Представляет далее интерес, что короткое описание природы "духовного тела", данное Павлом, почти одинаково с описаниями тех, кто побывал вне тела во время клинической смерти.

Платон, один из великих мыслителей всех времен, принимал существование беспредельного пространства и времени, которые отличаются от чувственного материального мира. В основном его интересовал нетелесный, сознательный человеческий компонент- душа. Поэтому мы не должны удивляться, что его интересовала душа после смерти материального тела. Несколько его диалогов - "Федон", "Георгий", "Государство" - частично развивают эту тему.

Платон, например, считает смерть отделением нетелесной части живого тела - души - от его материальной оболочки. Платон рассуждает о том, как душа, отделившись от тела, может встретиться с душами мертвых, их "духовными хранителями".
Согласно учению Платона, душа приходит в материальное тело из высшего - божественного - существования.

Душа в теле приходит из состояния высшего сознания в низшее, она забывает об истинах, которые знала, находясь вне тела. Согласно этому смерть - это пробуждение и воспоминание. Платон отмечает, что душа, отделившись от тела во время умирания, мыслит и рассуждает яснее, чем раньше. Вскоре после смерти, в моменты "суда", божественное существо показывает все, что было сделано в жизни - хорошее и плохое.

Платон рассказывает миф о греческом воине Эре. В бою Эр и многие греческие воины были убиты. Когда земляки Эра собирали тела погибших воинов, они нашли и его тело. Все тела были положены на погребальное - большое ложе из лозы. Прежде чем поджечь помост, они увидели, что Эр ожил. Эр описывает, что он видел на своем пути: "Сначала душа покинула тело и присоединилась к другим душам. Мы направились к "проходам, их было много, они вели нас с земли в другой мир. "Там" нас остановило "божественное существо", дав возможность бросить взгляд на все, что было сделано нами в течение жизни. Эр не был наказан, не "пил" из реки забвения. Существо велело ему возвратиться на землю и рассказать людям, как выглядит тот, иной мир. Но он не знал, как ему вернуться в материальное тело. Когда он очнулся, то увидел, что лежит на помосте.

Платон не сомневался в существовании жизни после смерти и утверждал, что пока мы находимся в теле, мы не в состоянии этого понять и выразить человеческим языком.

Мудрецы Тибета, писавшие "Тибетскую книгу мертвых", считали смерть искусством, чем-то таким, что можно исполнить красиво и безвкусно. Это зависело от того, испытывает ли кто-то потребность в знаниях.

Книга была частью погребальной церемонии, зачитывалась умирающему в его последние минуты жизни.

Книга помогала умирающему понять, что происходит, а живым думать о ближнем, своей любовью и заботами не мешать ему уйти в мир иной.

Чтобы помочь все это постичь, книга содержит описание различных состояний, через которые проходит душа после телесной смерти. Схожесть между описаниями разных фаз смерти и рассказами современных людей, которые приближались к смерти, очень велики (см. Р.Моуди "Жизнь после жизни").

Вот что пишут в тибетской книге. В первую очередь душа или дух покидает тело. Через некоторое время она начинает куда-то нестись и попадает в пустоту. Эта пустота не материальная. Умирающий может слышать тревожные звуки, гул, шум ветра, рев. Затем появляется серый неясный свет. Переживаешь, когда находишься вне тела. Ты видишь и слышишь родственников и друзей, они плачут над твоим телом и готовятся попрощаться с ним. Ты еще не понимаешь, что мертв, ты испытываешь смятение. Ты спрашиваешь, мертв я или нет ? Когда ты окончательно знаешь, что мертв, ты не знаешь, куда тебе идти и что делать. Ты подавлен и вызываешь сожаление. Некоторое время ты находишься в знакомом окружении. Ты замечаешь, что все еще имеется тело, называемое "блестящим телом". Очевидно, что это тело нематериально. Оно проходит сквозь стены, горы и не встречает препятствий... Его путешествия мгновенные Стоит человеку захотеть быть где-то, и он мгновенно будет находиться там. Мысль его не настолько ограничена, сознание стало ясным, чувства острее и совершеннее. И если в материальном теле он был глуп, слеп, калекой, он удивится, увидев свое "блестящее неискалеченное тело, поймет, что к нему не только возвратилась способность ощущать, но и усилилась. Может так случиться, что он встретится с другим "существом, находясь в этом виде тела. Оно называется "ясное" или "чистое" тело.

Тибетцы советуют умирающему в момент встречи с этим светом в сердце хранить только чувство любви.

Книга описывает ощущение бескрайнего мира и удовлетворенности, какие испытывает человек, умирая. Некоторые видят зеркало, в котором проходит вся его жизнь. Светоносное существо тоже это видит и выступает в роли судьи. В этой ситуации взаимное непонимание исключено: вранья быть не может.

В сегодняшней ситуации мы можем только спросить, как могло быть, чтобы мудрость древних Тибетцев, видения апостола Павла, необычные понятия Платона могли прийти в такое соответствие между собой, как все это молю согласоваться со свидетельствами наших современников, приблизившихся к смерти и переживших это состояние?

В послесловии к книге Р.Моуди "Жизнь после жизни" А.Виттури пишет, что многие современные философы и психологи считают, что полноценная жизнь начинается только тогда, когда со смертью приходит понимание, что мы не вечны. Чтобы понять это, мы должны пережить серьезное заболевание или беды, близкие к фатальному исходу. Только это может убедить нас в реальности собственной смерти и одновременно подвести к основному вопросу- как прожить жизнь, в чем ее смысл?

Сейчас никто, включая и Моуди, не может дать окончательного ответа на вопрос, что происходит после смерти. Этот вопрос остается открытым. Возможно ли, что после смерти наш индивидуальный разум в некоем облике будет существовать дальше? К сожалению, у нас нет никаких достоверных доказательств. В биологическом смысле наша жизнь прекращается со смертью тела, но прекращается ли тогда жизнь разума - нам неизвестно. Люди, пережившие в ходе "околосмертного опыта" состояние вне тела, склонны по- другому смотреть на смерть. Они в смерти видят переход в другой вид существования. Может ли разум существовать и после смерти и функционировать в психофизическом пространстве - сейчас мы не можем доказать это научно. Это хорошо знает Моуди, о чем и пишет: "Я должен сразу сказать, что не пытаюсь доказать существование жизни после смерти."

Изучение феномена смерти представит большую ценность в рассмотрении процессов происходящих в мозге. Глубоко символические и реальные встречи со смертью могут иметь многочисленные благоприятные последствия, прежде всего в преодолении негативного отношения к смерти, преодолении чувства страха, будут способствовать слаженности физической и психической деятельности и гармоническому приспособлению к жизни.

Жизнь и смерть находятся в диалектической зависимости. Полноценная жизнь помогает нам легче постичь смерть. А открытое отношение к смерти делает возможным прожить нашу жизнь целостно.

ФЕНОМЕН "ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ЖИЗНИ" С ПОЗИЦИИ ПСИХОПАТОЛОГА.

Последние годы на Западе неожиданную популярность приобрел вопрос о посмертном опыте, загробной жизни. Появился ряд книг, целью которых является описание "посмертного опыта". Они были написаны либо известными учеными и врачами, либо получили их полное одобрение. Один из них, всемирно известный врач и "эксперт" по проблемам смерти и умиранию, Элизабет Кюблер -Росс, считает, что эти исследования посмертных переживаний "просветят многих и подтвердят то, чему нас учили две тысячи лет - что после смерти есть жизнь".

Следует заметить, что религиозные деятели далеко не однозначно относятся и толкуют эти опыты. Если А.Мень ("Тайна жизни и смерти". Религия и культура № 1, 1992) приводит описание доктора Моуди "феномена жизни после жизни" как научное доказательство загробной жизни, то иначе рассматривает этот вопрос Иеромонах Серафим (Роуз) в книге "Душа после смерти". Роуз указывает, что православный христиан имеет в своем распоряжении богатейшую литературу, с помощью которой можно понять новые "посмертные опыты" и оценить их в свете всего православного учения о жизни после смерти. Православное христианство имеет вполне ясное учение и взгляд на загробную жизнь, начиная с самого момента смерти. Это учение содержится в Священном Писанин "толкуемом во всем контексте христианского учения), в писаниях Святых Отцов и особенно в том, что касается конкретных "опытов" души после смерти в многочисленных житиях святых и антологиях, посвященных личному опыту такого рода. Роуз считает, что посмертный опыт, описанный Моуди, нельзя обозначить как опыт духовный, его можно назвать "внетелесным опытом" подобно оккультному опыту "вне тела" и в "астральном плане". Роуз также напоминает, что "души умерших находятся в таком месте, откуда они не могут являться живым". Эти "явления" обычным людям могут либо "кажущимися", либо "делом ангелов", либо "лукавыми видениями", наводимыми бесами, например, с целью создать у людей ложное представление о загробной жизни. Подобные истинные "явления" могут быть только святым. Но эти "явления" видят и другие. Опыт святых имеет другое измерение: в этом опыте часто проявляются особые знамения Божия благоволения. Здесь видения другого мира часто видны всем или многим из находящихся рядом, а не только одному уми-рающему. Роуз также обращает внимание, что Моуди не дает ни одного полного "опыта смерти" от начала до конца, кроме того, он свел вместе два довольно различных явления: действительный опыт "клинической смерти" и опыт "приближения к смерти". Кроме того, в этом "опыте" присутствуют симптомы, которые переживались людьми, никогда не переносившими "клинической смерти" и поэтому могут лишь "случайно" сопровождать умирание и принадлежат к "модели" какого-то более широкого опыта.

Многие Западные богословы отрицательно отнеслись к работам Моуди.

Книга, которая разожгла современный интерес к посмертному опыту была написана молодым психиатром из южных штатов и была опубликована в ноябре 1975г. (доктор Раймонд Моуди - "Жизнь после жизни", Атланта). Он тогда ничего не знал о других исследованиях или литературе по этому вопросу, но во время печатания книги стало ясно, что она вызывает живой интерес, и что многое уже написано на эту тему. Потрясающий успех книги доктора Моуди (было продано более двух миллионов экземпляров) сделал опыт умирающих достоянием широкой публики и за последние годы в печати появился ряд книг и статей об этом опыте. Среди наиболее важных- статья доктора Элизабет Кюлер-Росс, чьи открытия подтверждают открытия доктора Моуди, и научные исследования доктора Осиса и Халардсона. Сам доктор Моуди написал продолжение своей книги "Размышления о жизни после жизни", 1977), содержащее дополнительный материал и дальнейшие размышления по этому поводу.

Доктор Моуди собрал личные свидетельства примерно 160 человек, которые либо сами перенесли смерть или близкое к смерти состояние, либо сообщили ему о переживаниях других лиц во время умирания. Из этого количества он отобрал около 50 человек, с которыми провел подробные беседы. Он пытается быть объективным в изложении этих материалов, хотя и допускает, что "книга, естественно, отражает происхождение, мнения и предрассудки ее автора".

Моуди в своих книгах "Жизнь после жизни" и "Размышления о жизни после жизни" в посмертном опыте выделяет 15 общих элементов: "то, что нельзя выразить словами"; "новости"; "ощущение мира и покоя"; "шум"; "темный туннель"; "вне тела"; "существо, созданное из света"; "встреча с другими"; "ретроспектива"; "граница, или у последней черты"; "возвращение"; "рассказы о пережитом"; "влияние на жизнь"; "новый взгляд на смерть"; "подтверждение". На основании этих общих элементов автор построил краткое теоретическое "идеальное" или "полное" описание опыта, которое включает в себя все общие элементы в том порядке, в каком они обычно встречаются.

Человек умирает, и в тот момент, когда его физические страдания достигают предела, слышит как врач признает его мертвым. Слышит неприятный шум, громкий звон в ушах (или жужжание) и в то же время чувствует, что движется с большой скоростью сквозь длинный черный туннель. После этого он внезапно обнаруживает себя вне своего физического тела, но еще в том же физическом окружении, видит свое тело как бы со стороны, на расстоянии как посторонний зритель. Обладая этим необычным преимуществом, человек находится в состоянии эмоционального шока. Через некоторое время он собирается с мыслями и постепенно привыкает к своему новому положению. Он замечает, что обладает телом, но совсем иной природы и совсем другими свойствами, чем то физическое тело, которое им покинуто. Вскоре к человеку приходят души других людей, чтобы встретить его и помочь ему. Он видит души умерших родственников и друзей. И перед ним появляется "Светоносное существо", от которого исходит такая любовь и душевная теплота, какой он никогда не встречал прежде, это существо без слов задает ему вопросы, позволяющие оценить свою жизнь, приводит мгновенные картины важнейших событий его жизни, скользящих перед его мысленным взором в обратном порядке. В какой-то момент умирающий чувствует, что приблизился к некоему барьеру или границе, представляющей, по-видимому, раздел между земной и последующей жизнью. Однако обнаруживает, что должен вернуться обратно на землю, что час его смерти еще не наступил. В этот момент он сопротивляется, так как теперь познал опыт иной жизни и не хочет возвращаться. Он переполнен ощущением радости, любви и покоя. Несмотря на свое нежелание, тем не менее каким-то образом он воссоединяется со своим физическим телом и возвращается к жизни. Позднее человек пытается рассказать обо всем другим, но ему трудно найти адекватные слова для описания этих неземных событий. Пережитые события оказывают глубокое влияние на его жизнь, особенно- на представление о смерти и ее соотношение с жизнью. Важно отметить, что приведенное описание не является изложением опыта какого-то одного человека. Это скорей "модель", объединение общих элементов, встречающихся во многих рассказах пациентов доктора Моуди.

1. "Внетелесный опыт".

Согласно рассказам, главное, что происходит с умершим,- это то, что он "выходит" из тела и существует совершенно отдельно от него. Он часто способен видеть все окружающее, включая собственное мертвое тело и попытки его оживления, он ощущает, что находится в состоянии безболезненной теплоты и легкости, как если бы он "плавал", он совершенно не в состоянии воздействовать на свое окружение речью или соприкосновением и поэтому часто ощущает большое "одиночество", его мыслительные процессы обычно становятся намного быстрее, чем когда он был в теле. Вот некоторые из кратких отрывков таких опытов: "День был пронзительно холодный, но пока я был в зтой черноте я ощущал лишь теплоту и предельное спокойствие, какое я когда-либо испытывал. Помнится я подумал: "Должно быть я умер", "У меня появились великолепные ощущения, я не чувствовал ничего, кроме мира, спокойствия, легкости - просто покой." "Я видел как меня оживляли. Это было действительно страшно. Я был очень высоко, как будто на каком-то возвышении, немного выше их, просто, возможно, смотрел поверх их. Я пытался говорить с ними, но никто меня не слышал. Люди проходили сквозь меня. Я не мог ни к чему притронуться, не мог общаться ни с кем из окружающих меня. Это жуткое ошушение одиночества, ощущение полной изоляции. Я знал, что я совершенно один, наедине с собой".

Иногда в таких состояниях люди способны пересказать разговоры или события, которые происходят даже в соседних комнатах и еще дальше пока они были мертвы. Среди прочих примеров такого рода доктор Кюблер-Росс упоминает об одном замечательном случае: слепая видела, а затем ясно описала все, происходящее в комнате, где она "умерла", хотя когда она снова вернулась к жизни, она опять была слепа. Это потрясающее свидетельство того, что видит не глаз и мыслит не мозг,(ибо после смерти умственные способности обостряются), но душа, которая пока тело живо, выполняет эти действия через физические органы, а когда тело мертво- своей собственной силой (доктор Элизабет Кюблер-Росс "Смерти нет").

Лет 80 до наших дней К.Искуль написал рассказ о собственном посмертном опыте- "Невероятное для многих, но истинное происшествие". Эта маленькая книга может быть использована как "контрольный случай", по которому можно судить о новых случаях. Она написана человеком, который начал с современного безверия и пришел к познанию православного христианства - и настолько, что закончил свои дни монахом. После описания последней агонии своей физической смерти и ужасной тяжести, прижимающей его к земле, автор рассказывает, что "вдруг почувствовал", что мне стало легко. Я открыл глаза и в моей памяти с совершенной ясностью до малейших подробностей запечатлелось то, что я в ту минуту увидел. Я увидел, что стою один посреди комнаты, вправо от меня, обступив что-то полукругом столпился весь медицинский персонал. Меня удивила эта группа: на том месте, где стояла она, была койка. Что же теперь там привлекало внимание этих людей, на что смотрели они, когда меня там уже не было, когда я стоял посреди комнаты? Я пододвинулся и глянул, куда глядели они. Там на койке лежал я. Я не помню, чтобы я испытывал что-нибудь похожее на страх при виде своего двойника, меня охватило только недоумение: как же это? Я чувствовал себя здесь, между тем и там тоже я. Я хотел осязать себя, взять правую руку за левую, моя рука прошла насквозь, попробовал охватить себя за талию, рука снова прошла, через корпус, как по пустому пространству. Я позвал доктора, но атмосфера, в которой я находится, оказалась совсем не пригодной для меня, она не воспринимала и не передавала звуков моего голоса. И я понял мою разобщенность со всем окружающим, свое странное одиночество и панический страх охватил меня. Было действительно что-то невыразимо ужасное в этом необычном одиночестве. Я глянул и тут только передо мною явилась мысль: да не случилось ли со мной того, что на нашем языке, на языке живых людей определяется словом "смерть". Это пришло мне в голову потому, что мое лежащее тело имело вид мертвого. В нашем понятии со словом "смерть" неразлучно связано представление о каком-то уничтожении, прекращении жизни, как же я мог подумать, что умер, когда я ни на одну минуту не терял самосознание, когда чувствовал себя таким же живым, все слышащим, видящим, сознающим, способным двигаться, думать, говорить? Разобщение со всеми окружающими, раздвоение моей личности скорее всего бы дало мне понять случившееся, если бы я верил в существование души, был человеком религиозным, но этого не было и я руководился лишь тем, что чувствовал, а ощущение жизни было настолько ясно, что я только недоумевал над страшным явлением, будучи совершенно не в состоянии связывать мои ощущения с традиционными понятиями о смерти, т.е. чувствуя и осознавая себя, думать, что я не существую. Вспоминая и продумывая впоследствии свое состояние, я заметил только, что мои умственные способности действовали и тогда с такой удивительной энергией и быстротой.

Несколько человек рассказывали доктору Моуди о том, что во время встречи со смертью они на мгновение видели целую отдельную область существования, в которой, казалось, присутствовало все знание - прошлое, настоящее и будущее. Свои ощущения они описывают как момент озарения, во время которого им казалось, что они стали обладать совершенным знанием. Все пациенты отмечали невыразимость своих переживаний и говорили также, что чувство совершенного знания исчезает после их возвращения и им не свойственно больше никакое "Всеведение". Знание, которое они видели, не только не мешает им в дальнейшей жизни, но и побуждает х учению. Свои впечатления они сравнивают со вспышкой Вселенского высшего знания. Однако подчеркивают, что слова, используемые при описании этого опыта являются в лучшем случае тусклым отражением той реальности, которую они пытаются выразить. Одна женщина сообщает следующее: "Мне кажется, что это произошло после того, как я увидела, что передо мною прошла вся моя жизнь. У меня было ощущение, будто внезапно на какую-то секунду я узнала секрет всех веков, смысл Вселенной, звезд, Луны - всего. Я обладала Всезнанием, Знанием всего, что возникло с самого начала и будет в бесконечности. Но после того, как я вернулась обратно, знание исчезло, и я не могу ничего из него вспомнить. Кажется, что когда я приняла решение вернуться, мне было сказано, что я не сохраню знание. Я не знаю, как объяснить это. Но я знала... Как говорит об этом Библия. "Все будет нам открыто". На мгновение для меня не было вопроса без ответа. Как долго это продолжалось, я не могла бы сказать. Земного времени не существовало. Знание предстало передо мной во всех формах: и как звуки, и мысли. Оно было каждым в отдельности и было всем. Меня охватывало такое чувство, как будто не было ничего неизвестного. Все знание было там не из одной какой-то области, а все. Даже после того, как я вернулась обратно, я все еще ищу знание... Пытаться найти ответ здесь, на Земле - это не глупо. Я чувствую, что в этом состоит наше предназначение, но это знание не предназначено для одного человека, оно должно использоваться для всего человечества. По мнению Моуди, эта женщина ясно чувствовала, что причиной ее выздоровления было забвение почти всего из того знания, которое ей открылось.

Моуди поражает сходство между тем, что говорила его пациентка и тем. что выражено в метафорическом и поэтическом виде - Платоном в его пересказе истории Эра - воина, который вернулся к жизни на погребальном костре после того, как был признан умершим. "Перед возвращением к жизни происходит своего рода забвение того знания, которым обладал человек в вечном состоянии".

2. Встреча с другими.

После смерти душа очень недолго остается в первоначальном состоянии одиночества. Д-р Моуди приводит несколько случаев, когда даже перед смертью люди уже видели умерших родственников и друзей.

"Доктор потерял надежду спасти меня и сказал родным, что я умираю... Я осознал, что все эти люди были там, казалось толпами паря у потолка комнаты. Это были люди, которых я знал в прошлой жизни, но которые умерли раньше. Я узнал бабушку и девочку, которую знал еще школьником, и многих других родных и друзей. Это было очень счастливое событие, и я чувствовал, что они пришли защитить или проводить меня".

Подобные переживания описаны ранее У. Барретом ("Видения на смертном одре", 1926) и К.Осисом, Э.Харалдсом ("В час смерти", 1977).

Доктор Моуди приводит пример встречи с человеком, умершим в другом месте в то время. Это, очевидно, то, что сейчас называется "экстрасенсорным восприятием". Д-ра Осис и Хоралдсон сообщают, что многие умирающие индусы видят богов своего индусского пантеона "Кришну, Шиву, Кали и др.), а не близких родственников и друзей. Д-ра Осис и Хоралдсон считают, что отождествление существ, с которыми происходит встреча, во многом является результатом субъективной интерпретации, основанной на религиозных, культурных и личных предпосылках.

3. Область растерянных духов.

Некоторые люди сообщали доктору Моуди, что в какой-то момент перед ними промелькнули другие существа, которые, казалось, попали в наиболее несчастное существование, чем они сами. В рассказах об этих "смущенных" существах есть несколько сходных пунктов. Во-первых, утверждают, что эти существа, по-видимому, не способны отказаться от своей привязанности к физическому миру. Один человек рассказывал о том, что духи, которых он видел, казалось, не могли перейти на другую сторону, "т.к. Бог еще живет здесь". Иными словами, они привязаны к какому-то объекту, личности или привычке. Во-вторых, все подобные существа казались "отупевшими" в силу того, что их сознание было ограниченным по сравнению с сознанием тех, кто за ними наблюдал. В-третьих, говорилось о том, что "отупевшие" духи, видимо, должны находиться в таком состоянии до тех пор, пока не разрешат какую-то проблему, которая удерживает их и мешает вернуться в обычное положение.

Вот рассказ одной женщины: "Я не помню в точности, где их видела. Но во время моего продвижения я оказалась в довольно унылом месте, отличающемся от сияющего повсюду света. Облик этих духов был более человекообразен, чем у остальных, но при этом они не имели человеческой формы. То, что можно назвать головой, было направлено вниз. Вид у них был подавленный и печальный. Казалось, что они волочили ноги и напоминали группу каторжников, скованных общей цепью. Не могу сказать, почему я рассказываю об этом, т.к. я не помню, чтобы видела их ноги. Они выглядели изможденными, печальными и серыми. Казалось, что они не знают, куда идут, за кем им нужно следовать и что искать. Я прошла мимо них, но они не подняли голов. Они не ощущали моего присутствия. Это было очень тяжело."

4. Светящееся существо.

Эту встречу доктор Моуди описывает как, "возможно, самый невероятный из всех элементов в изученных мною сообщениях, который оказывает самое глубокое воздействие на личность." Большинство людей описывает это переживание как появление света, который быстро увеличивается в яркости, и все опознают его как некую личность, наполненную теплотой и любовью, к которой умерший влечется чем-то вроде магнитного притяжения. Отождествление этого существа, по-видимому, зависит от религиозных воззрений личности - само оно не имеет узнаваемой формы. Некоторые называют его "Христом", другие - "Ангелом".

Вот некоторые рассказы об этом опыте:

"Я услышал, как врачи сказали, что я мертв и туг-то почувствовал, что как бы проваливаюсь, даже как бы плыву... Все было черно, за исключением того, что вдали я мог видеть этот свет. Это был очень, очень яркий свет, поначалу не слишком большой. По мере того, как я приближался, он становился больше".

Другой человек после смерти почувствовал, что он "всплывает в этот чистый, кристально чистый свет. Я на самом деле никого не видел в этом свете, но все же он имеет особую тождественность, определенно имеет. Это свет совершенного понимания и совершенной любви".

"Я был вне тела, это несомненно, потому, что я мог видеть свое собственное тело там, на операционном столе. Моя душа вышла. Сначала я почувствовал из-за этого себя очень плохо, но затем появился этот поистине яркий свет. Сперва казалось, что он превратился в огромный луч. Сначала, когда свет появился, я не был уверен, что же происходит, но затем он спросил, вроде как бы спросил, - готов ли я умереть? Почти всегда это существо начинает общаться с только что умершими (больше посредством передачи мыслей), оно всегда говорит ему одно и тоже, что понимается теми, кто это пережил, как: "Готов ли ты умереть? " или "Что ты сделал в жизни такого, мог бы показать мне?". Иногда в связи с этим существом умирающий видит что-то вроде "обратного кадра" о событиях своей жизни. Однако, все подчеркивают, что это существо ни в коем случае не произносит какого-либо "суда" об их прошедшей жизни или поступках, оно просто побуждает их подумать над своей жизнью.

Д-ра Осис и Харалдсон также отмечают в своих исследованиях некоторые встречи с таким существом, замечая, что видение света является "типичным для потусторонних посетителей" и предпочитают вслед за доктором Моуди называть существа, видимые или ощущаемые в этом свете просто как "светлые фигуры", но не как духовные существа или божества, как часто их воспринимают умирающие. Некоторые говорят о "городах света". Моуди указывает, что ему никогда не встречались описания состояний, подобных архетипному аду.

5. Сверхъестественная помощь.

Люди рассказывали Моуди о том, что когда они находились в околосмертном состоянии, то были спасены от физической смерти вмешательством какого-то духовного посредника. В каждом таком случае личность оказывалась в потенциально фатальной ситуации, т.е. в серии обстоятельств, спастись от которых было свыше ее сил.

Человек мог даже сдаться и приготовиться к смерти, однако в этот момент звучал гонг или появлялся свет и что-то уводило его от края смерти. Люди, пережившие это, рассказывают, что после происшествия их жизнь изменилась и они почувствовали, что спасены от смерти с определенной целью. Все они сообщали, что их религиозные убеждения после этого усилились.

Доктор Моуди приводит рассказ одного из своих пациентов о том, как тот попал в промышленную аварию, во время которой оказался в огромной цистерне, где под большим давлением нагнетался поток очень горячей кислоты и пара. Жар был ужасный. Я закричал: "Вы пустите меня отсюда. Я пойман в ловушку". Я забился насколько мог в угол и спрятал лицо, но корпус цистерны настолько накален, что жег меня и через одежду. Я понял, что буквально через несколько минут меня смертельно обожжет. Я сдался. Просто сказал себе: "Это все. Я конченный человек". Ничего не видел, т.к. жар был настолько сильным, что я не мог открыть глаза. Несмотря на это, мне вдруг показалось, что все пространство озарилось светом. И одна строка из "Писания", которую слышал всю жизнь и которая не имела дня меня никогда никакого значения -"Вот я с тобой всегда",- пришла ко мне с того направления, которое оказалось позднее единственным путем х выходу. У меня были закрыты глаза, но тем не менее я видел Свет, за которым последовал. Врачу даже не понадобилось после лечить меня. Кислота в глаза не попала. Позже некоторые из моих сослуживцев говорили, что я стал чрезвычайно спокойным после того, что произошло. Я не смелый человек. У меня мало мужества. Но голос, когорый вывел меня оттуда, стал источником моего мужества и спокойствия, которое все заметили. Это был даже и не голос, а яркий свет, за которым я стал двигаться, пока не вышел на свободу. Я не видел ничего, кроме "очень яркого света". Никогда бы я сам не выбрался из этого жара. Я знал, что был обречен".

Моуди указывает, что "научно" изучить посмертный опыт довольно трудно и обращается за его объяснением к сходному опыту, изложенных в таких писаниях как сочинение Сведенборга или Тибетская "Книга мертвых", замечая, что он хочет теперь более пристально взглянуть на обширную литературу по паранормальным и оккульным явлениям, чтобы расширить свое понимание изучаемых явлений.

Сознание умирающего часто подвержено видоизменениям: по форме, которую иногда принимает, сознание умирающего можно назвать мистическим или трансцендентным, космическим или религиозным. Это состояние оказывает глубокое, иногда спиритуалистическое влияние на тех, кто его испытал.

Наше обычное рациональное сознание, т.е. сознание во время бодрствования представляет собой лишь один из его видов. Существует и потенциальная форма совершенно другого сознания. Последнее отделено от обычного сознания "туманными экранами". Мы не подозреваем о его существовании, т.к. оно проявляется во всей его полноте лишь при определенных условиях и, вероятно, имеет свою определенную сферу действия. Без учета этой малоизвестной формы сознания картина мироздания должна быть не полной.

К основным качественным характеристикам мистического сознания можно отнести невозможность выразить его средствами языка, трансценденцию времени и пространства, чувство "найденной истины", потерю собственной воли, обостренность чувств, мгновенность и смещенность восприятия. Все это, по мнению Моуди, объединяет мистический духовный опыт и ощущения его пациентов.

У. Джеймс ("Многообразие религиозного опыта") указывает на следующие черты мистического сознания:

1. Невыразимость - в словах нельзя дать адекватного сообщения о содержании опыта смерти;
2. Интеллектуальное качество - мистические качества кажутся тем, кто их испытывает, состояниями сознания;
3. Мимолетность: полчаса, час, два - это предел;
4. Пассивность. Воля находится в бездействии, как будто действует какая-то высшая сила;
5. Наличие измененного чувства времени и пространства - видение личности и последующей жизни человека.

Во время посмертных переживаний изменяется чувство времени. Человек не может сказать: прошла минута или десять тысяч лег. Там это не имеет никакой разницы, кроме того, люди не ощущают боли, хотя непосредственно до этого они могли испытывать большие страдания.

В ходе своих исследовании Моуди пришел к выводу, что жизнь после смерти определенно существует, он верит, что те явления, которые он описал в своих книгах, являются проявлениями этой жизни. Тем не менее сам он не потерял интереса к физической жизни.

Характеризуя мистический опыт, У. Джеймс еще в начале века, задолго до экспериментов с клинической смертью, указал на его невыразимость. Свои видения человек поневоле описывает земными средствами, словами, хотя и отмечает, что они крайне бедны.

Но почему их рассказы так поразительно напоминают видения античного солдата Эра, о котором рассказывал Платон? Совпадают ли исповеди тех, кто перешел, хотя бы и временно, за грань бытия, с тем, что написано, например, у Данте?

Известный советский ученый А.Я.Гуревич сделал попытку раскрыть видения Данте как порождение специфической средневековой культуры. Ведь в эту эпоху никто не сомневался в возможности общения между живыми и умершими. В памятниках средневековой церковной культуры часто отражалось это общение двух миров - земного и потустороннего. На вопрос, откуда Данте брал все картины ада, Артур Шопенгауэр отвечал: "Из земной жизни.."

По мнению А.Я. Гуревича, картины смерти в средневековой культуре неотторжимы от проблем индивидуальной человеческой выносливости и ответственности за земные деяния. Образ Ада играл в этих миражах роль неизвестного фактора "устрашения". Данте описал ужасы подземелья, где томятся грешники. Но таким ли выглядит посмертное бытие в современных видениях усопших? Оказывается не совсем таким. Пациенты доктора Моуди, воскрешенные после смерти, рассказывают не о кругах ада, а о встречах со "Светоносным существом". Иначе говоря, похоже, Ад и Рай поменялись местами. Теперь умирать совсем не страшно, ибо душа сразу попадает в "Обитание" доброты и сострадания. По мнению А.Я. Гуревича, в галлюцинаторных образах отражается то, что подсознательно хотят видеть люди, прошедшие опыт клинической смерти. Средневековый человек, мучимый сознанием вины, ли-цезреет картины истязания и кромешных бедствий. Современный человек, одержимый поиском все новых и новых удовольствий, вопреки аскетическому ограничению, видит в посмертных образах земные картины благоденствия.

Философ Х.Х. Прайс в книге "Жизнь после смерти и понятие другого мира" развивает мысль о том, что посмертные восприятия похожи на сон, что они создаются из ментальных образов, накопленных за время жизни, иными словами, испытанное нами в этой жизни- прекрасное и отталкивающее, хорошее и плохое- создает хранилище всего, что можно изведать в следующей жизни. Далее он говорит, что законы посмертного мира совсем не те, что господствуют в материальном мире (т.е. не физические, а психологические). Гипотеза Прайса такова: наши сны дают нам мимолетное представление о природе потустороннего мира - понятии, возникшем из древних племенных верований (По К.-Г.Юнгу- "Архетипы").

Многие переживания, описанные Моуди как посмертный опыт, в частности "внетелесный опыт" совсем не обязательно связаны со смертью, эти переживания описывались ранее в оккультной литературе, в астральных путешествиях. Многие переживания из посмертного опыта - деперсонализация, аутопсихическая и соматопсихическая и галлюцинаторное разматывание воспоминаний, симптом двойника, разнообразные феномены "предвосхищения", эйдетическое мышление, визуализация и озвучивание мыслей, экстракампинные (экстрасенсорные) переживания, нарушение восприятия времени и пространства и др. можно встретить в клинике шизофрении, в онейроидном варианте синдрома Кандинского-Клерамбо.

Еще ярче подобные переживания наблюдаются в психоделическом опыте. Использование психоделических средств имеет историю, уходящую корнями в глубокую древность, когда эти средства растительного происхождения применялись как в медицине, так и в некоторых религиозных обрядах и ритуалах, в шаманской практике (последнее имеет место и в настоящее время).

Было показано, что психоделики являются не только эффективным средством терапии некоторых расстройств, но и уникальным инструментом исследования психики человека.

Вышедший в 1990г. психологический словарь определяет психоделики как "вещества, вызывающие психоделические состояния... Воздействие психоделиков способно изменить личность, глубоко перестроить иерархию ее мотивов и ценностей. Эти лекарства вызывают психотические состояния: психоз, характеризующийся явлениями деперсонализации, дереализации, раздвоением или растроением личности, зрительными и слуховыми галлюцинациями, нарушением схемы тела и др. Эти состояния характеризуются особого рода мистическими и трансцендентными переживаниями, которые могут представлять значительный интерес для этнографов и религиоведов.

Психоделические средства индуцируют измененные состояния сознания, феноменология которых включает очень яркие, красочные, эмоционально насыщенные переживания, такие, как переживания пси-хотравмирующих и вытесненных в подсознание эпизодов личной истории, архетипические переживания, образные символические переживания собственной смерти и возрождения, отделение некого "Я" (души) от тела и его самостоятельное существование во времени и пространстве, путешествия в другие миры, трансперсональные переживания идентификации с людьми иных исторических эпох, животными, растениями, универсальным разумом, сложное "океаническое" чувство растворенности и единения с Универсумом, глобальные "космические" переживания и т.п.

Психоделическая терапия разрабатывалась в основном в США и Канаде.

Неологизм "психоделический" был предложен X. Осмондом как производное от греческих слов "психе" - душа и "делос" - проявление, выявление.

В психоделической терапии обычно однократно (или небольшое число раз) применяют большие дозы психоделика с целью индуцировать глубокие трансперсональные переживания мистического, трансцендентного характера, способствующие катарсису, позитивным личностным изменениям, личностному росту и самопознанию, важным ин-сайтам в отношении экзистенциальной проблематики, смысла жизни, кардинальной трансформации взглядов на собственное "Я" и окружающий мир, жизнь и смерть, повышению творческой активности, расширению духовного горизонта, гармонизации взаимоотношений человека с окружающим его миром и другими людьми.

Наибольший интерес в рамках данного обзора представляет теоретическое осмысление психоделического опыта, предложенное одним из лидеров трансперсональной психологии - С. Грофом.

В основе психотерапии, по мнению С.Грофа, лежит прохождение пациентом ряда областей своего бессознательного с целью осознания и интеграции имеющегося там материала.

Согласно С.Грофу, можно выделить четыре уровня психоделических переживаний.

Первый, наиболее поверхностный уровень - абстрактные эстетические переживания. Как правило, это абстрактный, яркий, "объемно-голографический" мир несущихся, кружащихся, калейдоскопически меняющихся форм и образов.

Второй уровень - психодинамические переживания. Переживания данного типа протекают из истории жизни пациента, включая переживания раннего детства, фантазии, неразрешенные конфликты и вытесненный материал различных периодов жизни. Для анализа данного уровня С.Гроф использует понятия традиционного психоанализа, а также вводит представления о системах конденсированного опыта (СКО). СКО - это особые кластеры эмоционально насыщенных переживаний, имеющие общую семантическую модальность. Так, например, различные элементы одной СКО могут содержать все воспоминания индивида, связанные с его оскорблением, унижением, деструкцией его чувства самоуважения и т.п. СКО, как правило, несут в себе сильный эмоциональный заряд. В ЛСД- сеансах могут оживляться переживания разных уровней СКО, и человек как бы заново переживает сходные по смыслу травмирующие ситуации из времен младенчества, детства, позднейших периодов жизни, причем эта регрессия обычно сопровождается и соответствующими внешними поведенческими реакциями (детский голос, поведение, почерк, ощущение непропорционально большой головы и т.п.)

Следующий, третий уровень - перинатальные переживания. Он фундирует переживания биологического рождения, болезней, старения, умирания, агонии и смерти. С.Гроф выделяет базисные перинатальные матрицы (БПМ) в соответствии с четырьмя фазами биологических родов. В недрах перинатальных матриц коренятся, по мнению С.Грофа, глубинные истоки многих психопатологических синдромов. Исходя из собственного терапевтического опыта, С.Гроф утверждает, что после переживания смерти - возрождения некоторыми его пациентами злоупотребление алкоголем и наркотиками, а также суицидальные тенденции стали восприниматься как трагические ошибки, являющиеся следствием неузнанной, неправильно истолкованной тяги к трансценденции.

Сами переживания смерти и повторного рождения, как правило, весьма драматичны и имеют много внешних проявлений, сходных с настоящей смертью и биологическими родами. Так, пациент может испытывать ощущения удушья, остановки сердца, видеть, как в калейдоскопе, всю свою жизнь, слышать предсмертный колокольный звон, переживать отделение души (некоего "Я") от тела и т.д.

Переживания своего рождения могут начаться с переживаний "океанического" типа, покоя, защищенности, единства с космосом, что символизирует ненарушенный симбиоз плода и матери (первая БПМ).

Далее, в соответствии с фазами родов (сокращение матки при закрытых родовых путях), пациент может испытывать огромные физические и психологические страдания, чувство безысходности и бессмысленности, тягостные ощущения пребывания в замкнутом, ограниченном и давящем пространстве, поисков выхода, нехватку воздуха, тошноту (вторая БПМ).

Нередки видения и ощущения прохождения через родовые пути, обычно сопровождающиеся принятием характерных эмбриональных поз и ощущениями борьбы и опасности (третья БПМ - процесс рождения).

Важно, чтобы вслед за этим пациент прошел также через последнюю, четвертую базисную перинатальную матрицу, символизирующую завершение процесса родов и связанную с появлением ощущений свободы, огромности пространства, чувством возрождения, духовного обновления.

Нередко именно прохождение пациента через смерть, и второе рождение сопровождается значительным снижением или исчезновением психопатологических синдромов, разрешением разного рода личностных проблем, значительной личностной динамикой, иным осмыслением экзистенциальных проблем, позитивными изменениями отношения к жизни, смерти, своему "Я", миру.

Последний, наиболее глубокий уровень психоделических переживаний, по С.Грофу,- трансперсональный. Общим стигматом этой разнообразной и разветвленной группы переживаний является ощущение расширения индивидуального сознания, его выход за пределы "эго", за обычные пространственно-временные ограничения. Человек оказывается в состоянии, перешагнув границы своего "эго", пережить мир без каких-либо ограничений, испытать чувство полного единения с другими людьми (в том числе иных исторических эпох), со всеми живыми существами, со всей материей, Космосом, Вселенной и, наконец, с Универсальным Разумом, Богом.

Таким образом, для С.Грофа движение к психологической гармонии, к большей интеграции - это движение "расширения и трансформации сознания" на путях в глубины собственной истории, сначала личностной, а затем перинатальной, трансперсональной и в конечном счете - космической.

Идеал С.Грофа - это человек "Космического сознания", интегрирующий весь диапазон трансперсонального спектра и "находящийся в непрекращающемся процессе продолжающейся творческой интеграции.

Представления С.Грофа, описания психоделического опыта или даже буквально, напоминают феномен "жизни после жизни" Моуди.

Доктор Моуди с точки зрения медицинской, склонен считать, что переживания в посмертном опыте сходны в известной мере с расстройствами "во время припадков, особенно обусловленных нарушениями в височной доле мозга, так как именно височная доля играет огромную роль в механизме памяти (одно из интервью с доктором Моуди). Мы согласны, что феномен "жизнь после жизни" ближе всего укладывается в синдром расстроенного сознания из разряда психических эквивалентов эпилепсии - либо по типу ауры сознания, либо эквивалентов во сне. Действительно, только эпилептические пароксизмы могут выступать в столь интимной ассоциативной связи с комой - по механизму пароксизмальности.

Итак, "жизнь после жизни"- это синдром расстроенного сознания: больной находится в состоянии клинической смерти и внешне - в состоянии комы, которая "переключается" на парокизмальный тип реагирования.

Нельзя только забывать, что при феномене "жизнь после жизни" мы имеем дело с состояниями клинической смерти, а не просто с эпилептическим пароксизмом, психозом у живого эпилептика.

Клиническая смерть - это бессознательное состояние (кома), полное отсутствие восприятия актуального пространства и времени, полная обездвиженность, прекращение ритмической деятельности сердца, дыхания.

Из всех свойств самосознания - витальности, активности, целостности, единства, тождественности, осознание границ собственного "я" - приклинической смерти нарушается самое фундаментальное - осознание витальности "я", основой которого являются соматические, "темные чувства", ритмических деятельностей. И это при пароксизмальном изменении "мозговой активности" проявляется в тотальной аутопсихической деперсонализации ("выход души из тела") и сомато-психической деперсонализации, отсутствии чувства актуальности времени и пространства. Аналоги пространственной агнозии порождают феномен галлюцинаторного двойника, двухколлейность переживаний, а затем и уход в другое пространство (расщепление пространства) с образно-символической трансформацией ситуации смерти (архетипы).

Кстати, "уход в другое пространство", когда весь остальной мир остается в этом, реальном пространстве, описан Доброхотовой Т.А. и Брагиной Н.А. при поражении правого полушария. Авторы указывают, что снижение актуальности реального пространства теснейшим образом взаимосвязанно с явлениями дереализации и деперсонализации, яркими нарушениями чувственного познания.

Т.о., мы склонны с психопатологических позиций рассматривать феномен "жизнь после жизни" как онирический пароксизм (сенсорная аура во сне), возникающий при клинической смерти "при изменении уровня мозговой активности - вспышку пароксизмальной активности, подобно тому, как фаза медленного сна сменяется фазой парадоксального сна.

Кстати, парадоксальный сон рассматривается как одно из проявлений "поисковой реакции" - защитно - адаптационного механизма мозга.

Известно также, что во время парадоксального сна на ЭЭГ можно обнаружить пароксизмальную активность мозга, похожую на эпилептическую.

Роберт Крукел ("Выход из тела", 1970), собравший большой материал у оккультистов, медиумов и обычных людей, указывает, что при отделении "двойника" от тела имело место кратковременное "затемнение сознания во многом подобное переключению скоростей в автомобиле вызывающий краткий перерыв в передаче мощностей".

Может быть, не случайно, что не у каждого больного, пережившего клиническую смерть, возможно возникновение феномена "жизнь после жизни".

Обилие и разнообразие при этом феномене переживаний "предвосхищения", полисенсорных переживаний (когда "видит ухо и слышит глаз, когда "осязание заменяет зрение", экстрасенсорные переживания- позволяют заподозрить, что здесь имеют значение атипичные варианты функциональной асимметрии мозга - стигматизированность в плане правополушарности (леворукость, амбидекстрия). Вспомним, описания Т.А.Доброхотовой и Н.Н.Брагиной (1972).

Нуллер Ю.Л. синдром деперсонализации - центральный в феномене "жизнь после жизни" - относит к разряду психопатояогичеких защитных механизмов и находит для этого синдрома биологическую основу - "эндорфины - опиатные рецепторы". Интересно, что нейропедтид - эндорфин - это то звено, где осуществляется единение психического и соматического.

Следовательно, если при клинической смерти возникают переживания "жизнь после жизни", то это лишь означает, что мозг способен еще защищаться. Для объяснения всех этих явлений можно привлечь, конечно, и современные гипотезы функционирования человеческой психики - резонансно-голографичекой, квантово-волновой и лептонно-информационной. Но это могли бы квалифицированно сделать специалисты в этой области.

Мы же в этом сообщение, анализируя литературный материал, с позиции психопатолога феномен "жизнь после жизни" квалифицируем как феномен психического пароксизма, ближе всего стоящий к эпилептическим, психическим (ониричеким эквивалентам). При этом условием возникновения этого феномена при клинической смерти (вернее, возвращения из клинической смерти) является, по-видимому правосторонняя акцентуация полушарной асимметрии, с включением механизма пароксизмальности.

Не хочу быть очень категоричной и давайте последуем совету Р.Моуди: "Оставим возможность рассматривать "околосмертные переживания" как явление, за которым можно найти новые объяснения и новые способы исследований".

Как человек, принадлежащий по К.Г.Юнгу к людям "послеполуденного возраста", я хотела бы здесь привести в конце своего сообщения и слова А.Меня.

"Мы знаем, что открывает нам Священное Писание. Оно говорит нам о невозможности для человека, таковы слова апостола Павла, по-настоящему представить и адекватно передать переживания потусторонние. Характерно, что и люди, описанные в книге "Жизнь после жизни", не могли или с большим трудом подыскивали подходящие выражения, чтобы описать свой посмертный опыт. Я обращаю внимание ваше, каждого из вас, кому приходилось читать Евангилие: ведь Христос там, подразумевая вечную жизнь, подразумевая бессмертие человека почти никогда не описывает этого состояния. И почти всегда говорит лишь о том, что человек должен делать в посюстороннем бытии, здесь и теперь, на земле. Значит, нам достаточно знать центральную практическую истину: что мы сеем в этой жизни, то будет прорастать в вечности. Эхом будет отдаваться в вечности. И это так ясно и так логично.

Все те, кто описаны у доктора Моуди, говорят: "Мы убеждены в бессмертии, но мы убеждены, что оно обязательно отражает в себе нашу жизнь, особенно два элемента ее - любовь и мудрость, познание".

Таким образом, учение о бессмертии является важным движущим фактором той ответственности, которую человек несет за себя, за других, за свои деяние, за свои слова. И даже мысли.

В человеке спрятаны, скрыты, закодированы величайшие возможности, огромные, превосходящие вообще всю нашу земную жизнь. Поэтому раскрытие этих возможностей ожидается лишь в процессе бесконечной эволюции, бесконечного становления духа. А бесконечное становление здесь, на земле, невозможно.

Математически доказать бессмертие души нельзя, как нельзя н опровергнуть.

... скажу, почему нет этих доказательств. Потому что если бы они были ясными и неопровержимыми, то призыв к творчеству, к добру и совершенствованию звучал бы как приказ, звучал бы как навязанное , как жестокая мысль. Человек был бы приперт к стене и не имел бы свободы выбора. Но тогда личность была бы уничтожена. Перед лицом Творца человек только тогда является его образом, когда он свободно и добросовестно идет к нему навстречу, когда он совершает прыжок через пропасть, когда он осуществляет, как говорил Б.Паскаль, риск веры, идя навстречу ему. И потому, каковы бы ни были научные данные, которые будут подкреплять наше представление о бессмертии, в основе всего должно быть направление нашей воли, вектор н стрела нашей воли, которая направлена в вечность, к добру, которая идет навстречу призыву творца, звучащему в Евангелии: "Будьте совершенны".

Заканчивая, я хочу сказать: "У каждого есть выбор, какую позицию занять в трактовке феномена "жизнь после жизни".

И еще... Врачу нужно уметь уважительно отнестись к "посмертному опыту" своих пациентов и их последующему отношению к проблеме Жизни и Смерти, Богу.

© ГБУЗ АО "АКПБ"
2003-2017
новости | администрация | структура | история | услуги | вакансии
вопрос-ответ | литература | творчество | ссылки