ГБУЗ АО "АКПБ" | ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ СЛУЖБЫ НА СЕВЕРЕ

ОФИЦИАЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ:


ОТДЕЛЕНИЯ И СЛУЖБЫ:


РАЗНОЕ:


ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ:



Поиск по сайту






ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ СЛУЖБЫ НА СЕВЕРЕ
(лекция профессора И.Д.Муратовой)
Муратова И.Д. - профессор, доктор медицинских наук, почётный доктор АГМУ, заслуженный врач Российской Федерации. «Мыслящие люди охотно посвящают себя психиатрии...
Психиатрия удовлетворяет чрезвычайно многим потребностям человеческого ума».
С. С. Корсаков.
Видный советский психиатр В.А. Гиляровский в свое время писал: «Психиатрия - это зеркало, в котором отражаются все теневые стороны жизни», а С. С. Корсаков заметил: «По тому, как устраивает общество своих душевнобольных можно судить об уровне его культуры, цивилизации».

Психиатрия (наука и практика), действительно, из всех медицинских дисциплин является наиболее уязвимой и чувствительной ко всякого рода кризисам в обществе, ортодоксальным перегибам в естественных и мировоззренческих науках и за свою историю пережила немало «перестроек» и «ломок».

История оказания помощи душевнобольным на Русском Севере тесно связана с культурой, менталитетом, сакральными ценностями нашего Поморья. А они формировались и функционировали в плотном инородческом и иноэтническом окружении. Русский Север является областью, где в течение многих веков происходило столкновение разных этносов, культур, веры (шаманизм, язычество, староверцы, православие).

Как показывает история христианизации шаманских культур народов Севера, шаманизм как религиозная система практически несовместима с христианством. В результате уничтожения старой религии и внешнего усвоения новой, образовался духовный вакуум, в который хлынули ранее сдерживаемые традиционными механизмами «лжепророки»: колдуны, ведуны, прорицатели, а сама культура этих народов (ненцы, коми) приобрела квазишаманистский, квазихристианский характер. В результате рефлексивной, культуртрегерской работы и возник новый вариант культуры, имевший «колдовской» характер

После уничтожения - низвергания шаманов колдун похищает их харизму.

Важнейшая черта мифологического образа колдуна - перевернутость, «вывернутость наизнанку» Оборотническая сущность колдовства породила представление о необычном облике колдуна и «подменных» (испорченных) им людей, «порче». В этих землях были широко распространены истеродемонические заболевания - «шева», «икота», «шаманская болезнь». Поэтому вся этническая периферия Русского Севера наделялась характеристиками антимира, в котором обитают народы, обладающие мощным колдовским потенциалом.

К числу колдовских народов, по представлениям русских крестьян Севера, относились самоеды-ненцы и коми, которые напускали на «Русь» порчу - «икоту». Как русская периферия истеродемонических заболеваний коми и ненцев, выступали Мезень и Пинега. К 19 веку основной их очаг перемещается на Печору и в верховья Мезени и Важки. Здесь возникали целые эпидемии истеродемонических заболеваний «Корнем» всех икотников считалась Сура В монастырях и церквях этих мест даже была специальная молитва: «Господи, избави нас от икоты». Не только «икотников», но и других психически больных в те времена пользовали знахари, народные лекари, «призревали» монастыри.

Зачатки врачебной помощи душевнобольным, судя по архивным данным, в наших краях прослеживаются с конца 18 начала 19 веков.

В 1785 году Приказом общественного призрения в Архангельске была «открыта больница для лечения временно страждущих - по совершении в ней молебствия» - на 28 человек.

А в январе 1786 года (по архивным данным) в «Присутствии» слушалось сообщение о посадском мещанине Иване Семенове: «доколе освободится от приключившегося с ним пьянства - безумия», - до отстройки больничного дома отослать под присмотр в гауптвахту, лечение его возложить на доктора Игнациуса». Очевидно, в 1786 году какого-либо больничного отделения для оказания помощи душевнобольным в г. Архангельске еще не было.

Начиная с 1785 года, многократно ставился вопрос «об установлении и надзирании дома сумасшедших». Но лишь в 1855 году во дворе больницы «временно страждущих» был учрежден «дом умалишенных на 5 кроватей».

В 1874 году контора больницы после аудиторской проверки сообщает, что душевнобольные содержатся в отдельном больничном здании «до освидетельствования же они содержатся в общем, больничном здании», где, «выделена комната с железными решетками». «Буйные и неопрятные» переводятся затем в «дом умалишенных». Отделение «для умалишенных» помещается в отдельном флигеле с особым двором и садом. В отделении «для буйных» имеются 3 комнаты -две для мужчин и одна для женщин. В отделении в среднем содержится до 15 человек

По данным врачебного инспектора В.И. Орнадского и Л.Г. Лейбсона, в 1884 году во дворе больницы был выстроен деревянный флигель на 10 кроватей, в котором в сущности сосредотачивалось призрение и лечение душевнобольных всей Архангельской губернии. Полная непригодность этого здания для душевнобольных: теснота (в отделении постоянно было больных в 3 - 4 раза больше против «нормы»), отсутствие элементарных удобств, нехватка персонала стала очевидной вскоре, и уже с 1887 года была «предметом внимания местного начальства».

В 1890 году был поднят вопрос о постройке нового здания. Но прошел целый ряд лет, в течение которых почти беспрерывно велась бесплодная переписка о различных проектах в этом направлении, и, в конце концов, по ходатайству губернатора А.П. Энгельгардта был разрешен кредит в 49577 руб. 78 коп. на постройку в больничном дворе флигеля на 30 - 35 душевнобольных на трехлетие с 1902 года.

В 1902 году был возбужден врачебным инспектором В.И. Орнадским вопрос о постройке больницы для душевнобольных за городом стоимостью в 108 тыс. руб. Но решили этот вопрос иначе: городское общественное управление выделило бесплатно два участка вблизи больницы, и осенью 1905 года на этой территории было построено отделение для душевнобольных в виде двух деревянных бараков для мужчин и женщин. Стоимость их была исчислена в 61 тыс. 230 руб. В отделениях находилось 34 больных мужчин и 11 женщин.
Лейбсон Г.М. (1870-1942 гг) - в октябре 1903 по решению Архангельского губернского правления назначен зав.психиатрическим отделением Арх. больницы приказа общественного призрения с исполнением обязанностей ординатора
23 октября 1903 года Архангельское губернское управление вынесло решение, согласно которому на врача Германа Михаиловича Лейбсона (1870 - 1942) возлагалось заведование психиатрическим отделением архангельской больницы «Приказа общественного призрения» и исполнение в нем ординаторских обязанностей.

Уже через полгода по освящении бараков, Г.М. Лейбсон указывал на переполнение отделений, так что «не только новых больных принять нельзя, но и наличных разместить негде. Около половины больных беспокойны и буйны: постоянным криком и шумом и всевозможными проявлениями душевной болезни своей они раздражают друг друга; для спокойных же и тихих больных они являются источником истинных мучений, им негде укрыться ни от шума, ни от частых нападений со стороны беспокойных. Редкий день проходит без драки... О проведении какой-либо лечебной меры в случаях, где она настойчиво показана и где при правильной, нормальной постановке дела нередко достигается излечение или временное улучшение, не может быть и речи...».

Все эти и другие недостатки были устранены энергичными мерами заведующего отделением Г.М. Лейбсона. Часть больных из мужского отделения перевели в женское с соответствующей изоляцией. В бюджет на ближайший год Г.М. Лейбсон внес расход на приобретение полного комплекта одежды и обуви для больных, чтобы они могли гулять на свежем воздухе. Через два года после организации нового психиатрического отделения площадь, окружающая оба здания, стала уже благоустроенной. Рядом с женским корпусом разбили сад, а около мужского устроили каток. Руководствуясь новыми взглядами на лечение душевнобольных, Г.М. Лейбсон придавал большое значение трудотерапии. Уход за садом и в зимнее время за катком осуществляли сами больные. Они же пользовались тем и другим. Только тяжело больные, «буйные» изолировались и находились под строгим наблюдением надзирателей.
Корпуса психиатрических отделений, построенные в 1905 г. (ул.Суворова)
Эти два деревянных корпуса сохранились и функционировали, как лечебная база и база кафедры психиатрии АГМА, вплоть до 1990 года, когда они были снесены по решению облздравотдела ради постройки кардиологическою отделения первой городской больницы скорой помощи.

С реорганизацией Северного края (Архангельская область, Вологодская область, Коми-республика) и выделением Архангельской области в самостоятельную территориально-административную единицу перед здравоохранением остро встал вопрос о расширении коечной сети для психически больных, врачебных кадрах, в том числе - психиатрических, о создании в Архангельске собственной базы для подготовки медицинских кадров.

В начале 30-х годов в Архангельск приехали врачи - психиатры Л.И. Перевалова, П.И. Быстров и Ф.Л. Мисник.

16 декабря 1932 года считается актовым днем Архангельского медицинского института.

Кафедра психиатрии АГМИ была основана в 1936 году.

Первым заведующим кафедрой психиатрии с 1936 до 1941 годы был Жилин Иван Никифорович (1895 — 1951) - представитель казанской психиатрической школы, ассистент кафедры психиатрии Казанского медицинского института, кандидат медицинских наук, приват-доцент.
Жилин И.Н. - профессор (1936-1941 гг)
Квалификационной комиссией АГМИ во главе с директором Кривицким М.Ю. - Жилин И Н. был назначен в 1936 году на должность профессора кафедры психиатрии АГМИ.

Основным направлением научных исследований И.Н. Жилина было изучение экзогенных и органических психических заболеваний. Этим проблемам было посвящено 15 научных работ.

Базой кафедры были два психиатрических отделения на 50 коек каждое. Психиатрические отделения входили в состав первой городской больницы, амбулаторный прием психически больных осуществлялся в одном из кабинетов центральной поликлиники.

На кафедре преподавалась одна дисциплина - психиатрия. Штатных ассистентов и лаборантов на кафедре не было. Педагогический процесс вели И.Н. Жилин и врачи Л.И. Перевалова и П.И. Быстров.

С 1937 по 1940 годы на кафедре психиатрии в клинической ординатуре обучался П.И. Суетин - первого выпуска врачей АГМИ.

Из выпуска 1939 года пополнили когорту врачей - психиатров В.И. Мишенева и А.Ф. Верещагина. В этом же 1939 году под 3-е психиатрическое отделение для хронически больных передается еще деревянный одноэтажный корпус; в 1940 году открывается в деревне Богословка в приспособленных помещениях психиатрическая колония, в 1960 году она была закрыта (главные врачи Ф.С. Афлитулина, А.Ф. Кравченко, В.Г. Лобанова, В.И. Рухлова).

По воспоминаниям врачей-психиатров, работавших вместе с И.Н. Жилиным, он страдал паркинсонизмом, но был добрым человеком, много времени отдавал организационной и лечебной работе: много консультировал больных, делал несколько раз в неделю обходы, разборы больных, научной работе уделял меньше внимания, диссертационных работ в эти годы не планировалось.
Профессор Жилин И.Н. с психиатрами в 1941 году
В архиве кафедры имелась фотография: И.Н. Жилин с врачами Л.И. Переваловой, П.И. Быстровым и секретарем парткома - в своем кабинете. В кабинете на фото - два переходящих красных знамени. П.И. Суетин рассказывал, что эти два переходящих красных знамени кафедра получила за образцово поставленную работу - от АГМИ и первой городской больницы.

В 1941 году И.Н. Жилин вновь уехал в свой родной город - Казань, в казанский медицинский институт.

Как видно, в предвоенный период растет психиатрический коечный фонд, количество врачей, научные кадры кафедры. Возникает ситуация готовности к выделению самостоятельной психиатрической службы в г. Архангельске.

Война приостановила дальнейшее развитие психиатрической службы в Архангельской области в среднем на 10 лет.
Дубинин А.М. - доцент (1941-1950 гг)
С 1941 по 1950 годы кафедру психиатрии АГМИ возглавлял доцент Дубинин Александр Максимович 1899 —1956) — представитель московской психиатрической школы.

В 1931 году он закончил аспирантуру на кафедре психиатрии первого Московского медицинского института, затем работал в качестве старшего научного сотрудника в НИИ судебной психиатрии им. В.И. Сербского.

В 1934 - 1935 годах по совокупности научных работ и опыта педагогической деятельности А.М. Дубинину были присвоены степень кандидата медицинских наук и звание доцента.

В 1936 году А.М. Дубинин был приглашен профессором Ю.В. Каннабихом (видный отечественный психиатр и историк психиатрии) на должность старшего ассистента кафедры психиатрии третьего Московского медицинского института. В связи с болезнью профессора Ю.В. Каннабиха А.М. Дубинин исполнял обязанности зав. кафедрой с 1938 года.

В 1941 году по назначению наркомздрава СССР А.М. Дубинин переведен в Архангельский государственный медицинский институт на должность заведующего кафедрой психиатрии.

А.М. Дубинин известен своими оригинальными и практически значимыми работами в области структуры и исходов психических заболеваний, психопатий. Имел 28 печатных работ. В течение последних лет своей жизни написал 10 работ, посвященных структуре «психопатического слабоумия». Эти работы составили основу его докторской диссертации, и только тяжелое заболевание не позволило ему закончить этот оригинальный научный труд.

Базой кафедры (1941 - 1950) оставались те же 3 отделения с общим количеством 130 коек.

В психиатрических отделениях к 1941 году работали уже 12 врачей-психиатров.
Заведование кафедрой А.М. Дубининым выпало на трудные военные годы.
Быстров П.И. и персонал с пациентами женского психиатрического отделения в годы ВОВ
В 1941 - 1942 годах мобилизовали в Красную Армию врачей-психиатров П.И. Быстрова, Ф.Л. Мисника, В.И. Мишеневу. П.И. Суетин был переведен в горздравотдел.

В трех деревянных корпусах больницы и колонии для хронических психически больных размещалось более 400 больных. В 1941 - 1942 годах на эту же базу прибыли эвакуированные из Петрозаводска психически больные с врачом Н.Н. Тихомировым, поступили больные из госпиталей (под военнослужащим был выделен на территории еще один деревянный корпус).

Работать мед. персоналу приходилось в чрезвычайно трудных условиях. Всех больных в отделениях обслуживали 3 врача-психиатра, 18 мед. сестер и 50 санитарок. Отделения были переполнены. Больные лежали всюду - даже в проходах между кроватями, на полу Не хватало постельного белья, обуви, медикаментов, средств для купирования возбуждения. Больные получали питание по карточкам: 400 г. хлеба, 20 г. масла и сахар. При больнице был огород. Раскапывались под посадки картофеля и прогулочные садики. Овощи, выращенные на огороде, шли для дополнительного питания больных. Спасали от авитаминоза и голода: тюлений жир, хвойные экстракты.

Особенно трудно было в зимнее время: не хватало дров. В отделениях нужно было топить около 20 печей. Дрова приходилось заготавливать медперсоналу и больным: вылавливали бревна баграми из воды, выкапывали изо льда; на себе, на санках после работы тащили, затем разделывали для топок.

На берегу Северной Двины размещались бомбоубежища, в которых (а часто просто между грядами в огороде) в 1942 году укрывались во время бомбежек больные и медперсонал.

Счастливая случайность уберегла от бомб все корпуса психиатрических отделений, хотя на территорию больницы упали две тяжелых бомбы и масса зажигалок, сгорел дотла вещевой склад, подсобное помещение.

Во время бомбежек действовал сформированный из больных - военнослужащих и медперсонала специальный отряд. Он охранял отделения, дежурил во время налетов на чердаках и крышах, помогал в эвакуации больных. На чердаке женского отделения еще в 80-е годы сохранялись обгоревшие балки - следы зажигательных бомб, попавших в здание.

Самоотверженно, не жалея сил, трудился медперсонал психиатрических отделений. Домой со смены уходили на 5- 6 часов, часто ночевали в отделениях, работали по несколько смен подряд, спали на топчанах, на полу. Иногда и дети медперсонала оставались с матерями «на посту».

Мед. сестры и санитарки почти ежемесячно сдавали кровь, вкладывали сбережения в нужды отделения, отсылали теплую одежду на фронт.

Ни один больной в психиатрических отделениях не умер от голода, не погиб во время налетов.

Врачи вели по 90 - 100 и более больных, амбулаторный прием, все виды экстренной работы, обслуживали консультации в госпиталях и гражданских лечебных учреждениях.
Фрагмент истории болезни военных лет.
Не было форменных историй болезни, бумаги. Истории болезни писались на старых книжных, журнальных и газетных листах. Тем не менее, содержание записей в этих историях болезни говорит о том, что больные подвергались полному психопатологическому обследованию: психический статус полон, грамотен, аккуратно велись дневниковые записи, листки назначений, формулировка диагнозов свидетельствует о достаточно высоком клиницизме врачей.

Состав больных психиатрических отделений 1941 - 1945 годов очень отличался от такового в 80-е годы. Врачами Медведевой В.В., Шаповаловой Л.Н. и Белой Е.Н. был проведен сравнительный анализ поступивших в психиатрические стационары больных в 1941 - 1945 годах и в 1985 году: всего были «подняты» 2621 история болезни поступивших в 1941 - 1945 годах и 4711 -в 1985 году.

Состав больных в 1941 - 1945 годах представлен следующим образом: шизофрения - 28 %; эпилепсия - 13 %; психогении - 19 %; олигофрения - 5,3 %; МДП - 2,9 %; органические психозы - 5,3 %; симптоматические психозы (алиментарная дистрофия, авитаминозы и другие) - 3,6 %; алкоголизм - 1,9 %; наркомании - 0,8 %; психопатии и психопатоподобное поведение - 0,7 %...

В 1985 году из всех поступивших: шизофрения - 26,3 %; алкоголизм - 38 %; алкогольные психозы - 8,5 %; наркомании 4,8 %; на все остальные психические заболевания приходилось около 23 %.

Лечебный арсенал того времени в психиатрических отделениях был весьма ограничен. Для купирования возбуждения, например, использовали влажное обертывание, щадящее физическое ограничение, из медикаментов: бромиды, скополамин, хлоралгидрат, бромурал, электросудорожную терапию. Из курсовых методов терапии применялась очень ограничено -инсулинотерапия (не было сахара и глюкозы) и широко - электросудорожная терапия.

Больные вовлекались в трудотерапию: шитье, вязание, самообслуживание, заготовка дров; в летнее время: работа на огороде, заготовка сена, уборка территории, оказание помощи в хозяйственных работах соматическим отделениям первой городской больницы (психиатрические отделения оставались в составе этой больницы).

Сохранных больных водили в кино, отпускали в краткосрочный отпуск домой.
Конверт-эвакуационная карточка сержанта, направленного в Архангельское психоотделение в годы ВОВ
Было трудно, очень трудно, но медперсонал, врачи того времени вспоминали об удивительно слаженной работе всего коллектива, очень здоровом психологическом и нравственном климате в нем, дружбе, взаимопонимании, взаимоуважении, высокой ответственности, субординации. Не было тогда никаких склок, нарушений трудовой дисциплины. С сожалением констатировали старые ветераны утрату в наше время многих этих традиций.

Вспомним поименно тех работников, кто был участников ВОВ, и кто оставался работать в эти годы в психиатрических отделениях г. Архангельска.

Участники ВОВ:

Зав. кафедрой психиатрии АГМИ (1950 - 1957) - профессор И.И. Лукомский.
Врачи: Мишенева В.И., Прокопьева А.В., Синцова С.Н., Москвичева А.Ф., Авдеева В.М., Переверзев Н.С., Катарин С.М., Быстров П.И., Мисник Ф.Л., Нифагин А.П^.
Мед. сестры: Конева Е.К., Чехина Л.И., Аскорбина Л.И., Волкова А.П., Корельская У.А., Гаврилова М.М., Сайченко Л.П., Белогорцева М.К., Рощина ПИ., Барачевская А.И., Веселова Л.П., Жданова П.П., Остапчук Е.И.
Санитары: Щвицкая Д.Е., Перфильева Е.М., Голубев М.И., Баранов Б.М, Гашкова Т. А., Ерин И.В., Сергеев Г.В., Сташевский В.Н., Калмыков В.М., Добрянская А.П., Молчанова МФ., Куроптева А.И., Узкая И.М., Хвиюзова М.И., Юрьева В.Н., Харченко Н.Е., Граничева О.Я., Зотова Е.В., Ананьина З.И., Казаков В.Н., Варзинов Ф.Р., Буракова К.Н., Краев Л.М., Егоршикова В.Д.
Административно-хозяйственная часть: Коржавин Г.Н., Беляева А.И., Норкин И.Ф., Придеин В.И., Шадрин П. А.

В годы ВОВ работали в психиатрических отделениях г. Архангельска:

Зав. кафедрой психиатрии АГМИ доцент Дубинин А.М.
Врачи: Перезалога Л.И., Верещагина А.Ф., Тихомиров Н.Н., Суетин П.И., Афлитулина Р.Г.
Военврачи: Мацкевич А.Н., Плавинский А.К., Переверзев Н.С.
Мед. сестры: Бочурко О Г, Волкова А.П., Лебедева МК., Попова АИ., Шагалова М.И., Дюкова АН., Морозова З.А., Коноплева М.А, Рыжкова М.М., Новожилова Т.Е., Верещагина Н.К., Литвиненко К.Л., фельдшера: Титков В.Н., Романчук Н.А.,
Санитары: Мамонтова П.П, Кухтина А.И., Орлова П.Н., Коноплева Е.С., Капустина АН., Нестерова Л.А, Воеводина Е.Н, Широкая Т.И., Абакумова В.И., Гаучус АН., Бубновская АВ., Титкова С.У., Торопова П.А, Новгородова Н.П., Панкратова М.Ф., Сивкова В.и., Самойлова АП., Попова М.А, Тарасова М.Н., Попова Е.А, Шелагина А.А., Рыбакова Е.А, Климова Н.И., Вдовина А.К., Таратина АВ., Лостовская М.Н, Михеева АИ, Скучаревская С.Н., Барченко К.Л., Захарова А.Н., Михалева Н.И., Сухин И.П., Биричевская М.К., Федосеева Л.В., Долгаева Л.Н., Зелянин И.А., Сулуянова Н.П, Щуров В.Л., Щукин А.Т., Пятышева Е.И., Синицкий ПО., Калашникова В.В., Щевицкая А.Е., Голубев И.И., Баринов В.., Гулина АН. и другие.
Персонал Архангельской психиатрии в годы ВОВ
В трудных военных условиях на кафедре психиатрии на должном уровне велся пед. процесс. Лекционный курс (психиатрия) читал доцент АМ. Дубинин. Штатных ассистентов не кафедре не было, практические занятия вели врачи Л.И. Перевалова и А.Ф. Москвичева.

В клинической ординатуре учились АГ. Кравченко и Е.А Беляева.

Доцент АМ. Дубинин вел большую систематическую консультационную работу в психиатрических отделениях, работал в тесном контакте с военврачами госпиталей.

По воспоминаниям врачей, А.М Дубинин обладал сдержанным характером, был немногословен, но его консультации и разборы больных всегда оставляли впечатление высокого профессионализма, приносили врачам удовлетворение, «будили мысль».

На кафедре активно велась научная работа. Ее тематика была целиком подчинена военному времени.

Систематически идут доклады на научных сессиях АГМИ и публикации в сборниках научных работ АГМИ.

Так в Сборнике АГМИ «Военная медицина», 1942 года помещены следующие статьи:

Профессор Михеев В.В. - «Неврозы военного времени».
Ассистент Штремель АХ. - «Распознавание истерических и эпилептических судорожных припадков».
Профессор Михеев В.В., военврач 2-го ранга И.С. Брегман - «О чем говорят ранения лобных долей мозга».

В сборнике 2-я научная сессия Архангельского мединститута (26 октября - 3 ноября 1942 г.) идут статьи:
Профессор Михеев В.В. «О границах функционального»;
Доцент Дубинин А.М «Синдром слабоумия при поражении лобных долей мозга»;
Профессор Михеев В.В. «Нейроифекция на Севере»;
Ассистент Мациевский С.А «Весенне-летний (клещевой) энцефалит в Архангельской области»;
Ассистент Мациевский С. А. «Полиомиелиты и полиэнцефалиты на Севере».

В сборнике 3-я научная сессия АГМИ (22 - 25 апреля 1944 г.) помещена статья доцента Дубинина А М. «Основные принципы психиатрической диагностики».

В сборнике 2-я нервно-психиатрическая научная конференция эвакогоспиталей, облздрава и ФЭЛ совместно с АГМИ (15-16 апреля 1944 г.) можно найти статьи:

Доцент Дубинин А.М «Военно-психиатрическая оценка психической заболеваемости по материалам ВКК психиатрической клиники АГМИ»;
Доцент Истомин П.П (начальник нервного отделения ЭГ) «О некоторых особенностях заболеваний ЦНС в период ВОВ»;
Мацкевич А.Н. (военврач) «О бреде при авитаминозных психозах»;
Мацкевич А.Н. «О некоторых интоксикационных психозах в обстановке военного времени».

В сборнике 4-я научная сессия АГМИ (13 - 17 мая 1945 г.) доцент Дубинин АМ публикует статью «Основные принципы психиатрической экспертизы».

Регулярно работало Архангельское общество невропатологов и психиатров. Председателем общества в годы ВОВ был профессор Михеев В.В. Общество проводилось совместно с военврачами госпиталей.

Первое заседание общества в 1941 году идет под № 47. В год проходило 10 заседаний общества. В мае 1945 года проходит заседание под № 86.

В журнале «Невропатология и психиатрия» № 4 за 1942 год имеется отчет профессора В.В. Михеева о деятельности Архангельского общества невропатологов и психиатров.

В.В. Михеев указывает на следующие направления работы общества: Военные травмы и ранения мозга; Неврозы и судорожные состояния в военное время;
- Отморожения, каузалгии;
Авитаминозы и их влияние на нервно-психическое состояние.

В качестве докладчиков на заседаниях общества невропатологов и психиатров выступали: В.В. Михеев, А.М. Дубинин, А.Х. Штремель, А.С. Мациевский, А.Г. Марголин, АК. Плавинский, А.Н. Мацкевич, П.П. Истомин, ЛИ. Перевалова, Н.Н. Тихомиров, ИС. Брегман.

О чем писали психиатры в 1941 - 1945 годах в журнале «Невропатология и психиатрия»?

Если в предвоенные годы в журнале «Невропатология и психиатрия» главным образом печатались статьи, посвященные углубленному изучению и анализу основных психопатологических синдромов, механизмами их развития, эндогенным психозам, разработке активных методов терапии психических заболеваний, то, начиная с 1941 года, тематика научных сообщений резко меняется. Основными проблемами становятся: психические изменения при травмах мозга, ранениях, психозы при раневом сепсисе, психогении военного времени, психические изменения при алиментарной дистрофии, авитаминозах, судорожные синдромы различного генеза, разработка эффективных методов их лечения, восстановление психических дефектов при указанной патологии. Так из 263 статей за 1942 - 1946 годы этим проблемам в журнале «Невропатология и психиатрия» посвящено - 186.

Авторами статей, сообщений, рецензий являлись: М.О. Гуревич, АС. Шмарьян, Ф.Ф. Детенгоф, АН. Залманзон, А.Н. Малахов, Г.Г. Каранович, И. Бергер, В.И. Осипов, Р.Я. Голанд, И.Г. Равкин, В.А. Гилляровский, Л.Л. Рохлин, М.А Гольденберг, Д.М Залкинд, М.Я. Серейский, А.С. Ремезова, И.И Лукомский, И.С. Зелева, Д.Е. Мелехов, АЛ. Ратнер, АР. Лурия, Е.К. Краснушкин, С.И. Консторум, АС. Снесарев, АД. Зурабашвили, М.Э.. Каплинский, С.В. Снежневский, И.М. Зиновьев, Л.И. Лобова, Р.Г. Голодец, Т.И. Гольдовская, А.А Перельман, НЕ. Посвянский, Р.А Ротштейн, Т.А. Невзорова, Г.Е. Сухарева, Т.П. Симеон, Е.Н. Каменева, Е.С. Авербух, С.П. Рончевский, И.Ф. Случевский, Н.Н. Тимофеев, П.Ф. Фрадкин, Д.С. Озерецковский, С.С. Мнухин, А.З. Розенберг, АМ Свядощ, АМ Халецкий, В.Д. Фридман и другие. Сейчас большинства этих выдающихся ученых-психиатров уже нет в живых и это поименное перечисление наша дань «цвету» отечественной психиатрии, нашим Учителям, так много сделавшим в области военной психиатрии

ВОВ поставила перед советскими психиатрами и невропатологами ряд больших и ответственных организационных, лечебных и научных задач.

С первых дней войны психиатры и невропатологи приняли активное участие в работе госпиталей фронта и тыла. Были созданы комплексные нервно-психиатрические, контузионные госпитали и оперативные отделения в лучших психиатрических больницах.

Весь комплекс наук о нервной системе человека, все новейшие достижения морфологии, нейрофизиологии и патологии мозга были направлены к тому, чтобы дать более глубокую трактовку патологических процессов, обусловленных боевой травмой нервной системы и обеспечить высокий уровень диагностики и лечения пострадавших солдат и офицеров.

Опыт изучения нервных и психических расстройств при черепно-мозговых травмах, внечерепных ранениях послужил могучим фактором сближения психиатров, невропатологов и других специалистов соматической медицины.

Обобщение опыта военной психиатрии обеспечило дальнейшую плодотворную разработку научных проблем нашей специальности, формирование новых теоретических и клинических концепций. К сожалению, в 1950 - 1951 годах многие из «военных» психиатров были отнесены к представителям «идеалистической психиатрии», «антипавловской группе», «насаждавшей идеи мозговой патологии, психо-морфологического направления в психиатрии, вирховианства господствовавших в зарубежной буржуазной психиатрии, психосоматику, вайсманско-морганистскую генетику» и т.д. (это было на объединенном заседании расширенного президиума АМН СССР и Пленума правления общества невропатологов и психиатров в октябре 1950 года -«самом мрачном событии в истории Всесоюзного общества»).

Регулярно в 1941 - 1945 годах в журнале «Невропатология и психиатрия» идет информация о конференциях, сессиях невропатологов и психиатров, в том числе специализированных эвакогоспиталей, отчеты обществ невропатологов и психиатров различных регионов страны, помещаются рецензии на научные труды центральных научно-исследовательских институтов.

В 1941 - 1942 годах все конференции и сессии проходят в городах Сибири, Урала, Средней Азии, куда были эвакуированы большинство научно-исследовательских институтов психиатрии и кафедры психиатрии мединститутов Украины, Белоруссии, Москвы, Ленинграда и других городов. На всех этих конференциях и сессиях ведущей проблемой остается военная психиатрия.

С 1944 года в журнале «Невропатология и психиатрия» все чаще становятся вопросы о восстановлении сети психиатрических учреждений в освобожденных областях, бывших в оккупации, об организации учета психиатрически больных и инвалидов ВОВ с нервно-психиатрическими заболеваниями о мероприятиях по скорейшей ликвидации ущерба, нанесенного фашизмом психиатрической службе и особенно детскому населению страны.

Психиатрические учреждения в областях, бывших в оккупации, подверглись почти полному уничтожению. Массовые убийства беспомощных больных, в том числе и детей, расстрелы медицинского персонала, грабеж и уничтожение лечебных учреждений проводились фашистами всюду, где они появлялись.

В Калининской психиатрической больнице было уничтожено 530 больных, причем, предварительно больные подвергались гнусным издевательствам: больных делали мишенями и практиковались на них в меткости стрельбы. Перед отступлением немцы взорвали и сожгли пять больших корпусов, детские ясли, электростанцию и ряд жилых зданий.

В Воронежской области в психиатрической больнице «Орловка» расстреляно свыше 700 человек, в том числе все больные, два врача больницы и 13 раненых красноармейцев. Большая часть больничных корпусов и хозяйственных помещений уничтожены.

В Ставропольской психиатрической больнице при уничтожении больных была применена «душегубка». Таким способом было уничтожено 612 больных, среди которых было много на пути к выздоровлению и даже здоровые, накануне выписки. Больница подверглась полному уничтожению.
Профессор Муратова Изида Даниловна у стенда «Психиатрия в годы Великой Отечественной Войны»
Материальный ущерб, причиненный немцами только по психиатрическим больницам республиканского подчинения, составил свыше 70 млн. рублей.

За 1944 год было уже восстановлено 42,1 % действовавшего до войны психиатрического коечного фонда.

Восстанавливаемая сеть нервно-психиатрических учреждений в освобожденных областях преимущественно могла обслуживать те контингенты, которые нуждались в немедленной лечебной помощи. Но задачей психиатрических служб должно быть обязательное сочетание непосредственной лечебной работы с широким развертыванием внебольничной психиатрической помощи с широко развернутой психопрофилактической работой, учета, общего укрепления нервно-психического здоровья населения.

В 1945 году выходит Приказ Наркомздрава по дальнейшему совершенствованию психиатрической службы. Публикуются планы специализации и учебы психиатров на базе центральных НИИ психиатрии, разрабатываются направления перспективного планирования развития психиатрической науки и практики.

В 1950 году А.М. Дубинин был приглашен на работу в НИИ судебной психиатрии им. В.П. Сербского.

А между тем, в Архангельской области к 1950 году еще не было самостоятельной психиатрической службы: ее отделения оставались в составе первой городской (соматической) больницы и поликлиники.

На очереди встала организация, и даже, в буквальном смысле, строительство самостоятельной Архангельской психиатрической службы со всеми ее подразделениями.

Лукомский И.И. - профессор (1950-1958 гг)С 1950 по 1957 годы кафедрой психиатрии АГМИ заведовал д.м.н. профессор Иосиф Ильич Лукомский (1908 - 1981 г.) - представитель московской психиатрической школы, ученик выдающегося советского психиатра В. А. Гиляровского.

Лукомский И.И. в 1932 году закончил Московский медицинский институт, до 1934 года работал врачом на новостройке «Уралмашстрой». В 1934 году был зачислен в аспирантуру на кафедру психиатрии 2-го Московского института, возглавляемую профессором В. А. Гиляровским. По окончании аспирантуры (1937 г.) был оставлен ассистентом этой кафедры

В первые же месяцы ВОВ (октябрь 1941 г.) И.И. Лукомский в качестве врача Первого Московского партизанского отряда был заброшен во вражеский тыл. В ноябре 1941 года вступил в ряды КПСС. Этот период жизни И.И. Лукомкого описан в документальной повести В. Набатчикова «Особого назначения» М. 1980 г.

С февраля 1942 года был начальником ряда госпиталей, в том числе челюстно-лицевого. После демобилизации в 1946 году стал одним из организаторов института психиатрии АМН СССР, а после его создания - зам. директора по клинической части.

В 1945 году И.И. Лукомский защитил кандидатскую диссертацию: «Психопатология клещевого энцефалита» - в Совете 2-го Московского медицинского института.

В 1949 году им защищена докторская диссертация: «Психические изменения при огнестрельных повреждениях лица» в Ученом Совете ОКМ АМН г. Москва. В ученом звании профессора утвержден в июне 1952 года.

В дальнейшем круг научных интересов И.И. Лукомского был довольно широким: психозы органической и интоксикационной природы, эндогенные психозы, алкоголизм, фармако и психотерапия, патофизиологические основы психических заболеваний. Имел более 80-ти печатных работ, из них - 2 монографии: «Психические изменения при клещевом энцефалите», издательство АМН, Москва 1948 год и «Маниакально-депрессивный психоз (клиника, патогенез, терапия)» М. 1964 год. Материалы докторской диссертации И.И. Лукомского, посвященные психическим изменениям при челюстно-лицевых ранениях использовались я руководствах и учебниках для стоматологических факультетов.

И.И. Лукомский оставил заметный и светлый след в истории психиатрической службы в Архангельской области и кафедры психиатрии АГМИ.

Прежде всего, в период заведования кафедрой психиатрии АГМИ И.И. Лукомским появилась самостоятельная психиатрическая служба в Архангельской области.

Во исполнение приказа Наркомздрава СССР в августе 1950 года вышел приказ Архангельского горздравотдела об открытии психоневрологического диспансера (главврач С.М. Катарин), в следующем, 1951 году - об организации самостоятельной городской психиатрической больницы с диспансером. Но вплоть до 1953 года внебольничное звено продолжало базироваться в единственном кабинете центральной поликлиники.

В 1953 году издается приказ облздравотдела об открытии областной психиатрической больницы с психоневрологическим диспансером. Но только к 1954 году при главном враче П.И. Су№ине на месте бывшего лагеря УВД размещается филиал психиатрической больницы «Старая Жаровиха». Там размещают больных 3-го психиатрического отделения (ул. Суворова, д. 1), а в здании 3-го отделения - психоневрологический диспансер и администрацию больницы.

Работа психоневрологического диспансера (заведующий В.Г. Лобанова) начиналась практически «с чистого листа» необходимо было наладить учет психически больных, участковую работу, амбулаторное лечение, преемственность в работе со стационаром.

В 4-ом одноэтажном корпусе открылось детское психиатрическое отделение на 15 коек (заведующий А.Ф. Верещагина). Коечный фонд вырос до 350 коек, пополнился кадровый состав врачей-психиатров их уже было 25.

В психоневрологическом диспансере был, развернут процедурный и физиотерапевтический кабинеты, проводилось лечение терапевтическим дозами инсулина, оксигенотерапия.

В психиатрических отделения широко применялись активные методы терапии -инсулиношоковая терапия ЭСТ, ас 1955- 1956 годы началось внедрение психофармакотерапии.

В психиатрической службе в 50-е годы еще не были организованы отдельные экспертные подразделения: в судебно-психиатрической экспертизе под председательством профессора И.И. Лукомского участвовали все врачи-психиатры, военно-психиатрическая экспертиза проводилась под председательством военврачей ВВК Переверзева Н.С. и Вольфа М.С.

Заведование кафедрой психиатрии АГМИ профессором И.И. Лукомским совпало с периодом «ломки» традиционных методологических подходов в психиатрической (и не только) науке и практике. Событие тех лет начали справедливо оцениваться лишь в последнее время. (А. Корнетов 1991, Э. А. Костандов 1990, Ю. В.Попов и А.Е Личко, 1991 и др.).

В 1948 году на сессии ВАСХНИЛ была разгромлена советская генетика, прошла волна «борьбы с космополитами в науке».

В 1950 году « по инициативе товарища Сталина была созвана объединенная сессия Академии наук СССР и Академии медицинских наук СССР, посвященная проблемам физиологического учения И. П. Павлова» (из доклада А.Г. Иванова-Смоленского).

Основными докладчиками на этой сессии были А.Г. Иванов-Смоленский и К.М. Быков.

Иванов-Смоленский заявил, что «постановкой вопроса о путях дальнейшей разработки научного наследия И.И. Павлова, о своевременности и необходимости критического подхода к создавшемуся здесь положению мы были обязаны Центральному Комитету ВКП(б), великому корифею и знаменосцу передовой советской науки товарищу Сталину».

На сессии были предъявлены обвинения видным физиологам - Л.А. Орбели, П.К. Анохину, И.С. Бериташвили, А.Г. Генецинскому и др. - в извращении Павловского учения.

Иванов-Смоленский заявил также, что «развитие научных идей ИП. Павлова и проникновение его идей в отечественную медицину... встретили упорное сопротивление... Упорно сопротивлялись... Павловскому учению, а порой вели с ним ожесточенную борьбу некоторые невропатологи, а особенно - психиатры».

11-15 октября 1951 года состоялось объединенное заседание расширенного президиума А.М Н. СССС и Пленума правления Всесоюзного общества невропатологов и психиатров.

С докладом «Состояние психиатрии и ее задачи в свете учения И.П. Павлова» - выступили А.В. Снежневский, В.М. Банщиков, О.В. Кербиков, И.В. Стрельчук.

Ю.В. Попов, А.Е. Личко (1991) это заседание в октябре 1951 года называют самым мрачным событием в истории Всесоюзного общества психиатров и невропатологов.

«Длившееся пять дней упомянутое заседание скорее напоминало суд инквизиции. Основной доклад звучал как обвинительное заключение в адрес видных психиатров - М.О. Гуревича, А.С. Шмарьяна, Р.Л. Голанд, В.А. Гиляровского, Г.Е. Сухаревой, Л.Н. Лобовой, М.Я. Серейского, А.Р. Лурия, А.Б. Александровского, Л.Л. Рохлина, Л.М. Розенштейна, В.П. Протопопова и др.». А ведь все это были психиатры так много сделавшие для Родины в годы ВОВ. Их научные концепции, в частности, «мозговая патология», психоморфологическая родились из военно-медицинской практики. Трудно себе представить, как смогли бы оказывать медицинскую помощь при ранениях и травмах мозга, внечерепных ранениях госпитальные невропатологи, психиатры, нейрохирурги и другие специалисты не будь этих научных обобщений и концепций!

«Но на этом заседании все «обвиняемые» признавали свою вину, каялись, отрекались как от ереси, от годами вынашиваемых научных идей, обещали исправиться, исповедовать только учение И.П. Павлова в том виде, как его преподносил А_Г Иванов-Смоленский».

В заключительном слове вице-президента АМН. СССР Н.Н. Жукова-Вережникова было сказано: «Мы должны помнить, что созванная по инициативе товарища Сталина Павловская объединенная сессия ярким светом освещает путь развития всех медицинских специальностей».

Ю.В. Попов и А.Е. Личко (1991) считают, что «суть дела была не столько в намерении отстранить от руководства психиатрией определенных лиц. Тактически эта цель легко была достигнута. Но стратегически использованные приемы нанесли нашей психиатрии тяжелый моральный, а в дальнейшем и не только моральный урон. Незримая черта была перейдена, «грех на душу взят»... это явилось предтечей случаев злоупотребления психиатрией в СССР в более поздний период. И все же важно не просто осудить, но и попытаться понять происходящее...»

В эти годы запредельной идеологизации всех знаний не в моде оказалась и психология: советская психология не имела права переступить за рамки изучения рефлекторной деятельности, запретными были классические труды Юнга., 3. Фрейда, Э. Фромма, Л. Ясперса и др.

Ситуация в советской науке о человеке была достаточно трудной.

В архивах АГМИ содержатся отчеты и планы 50-х годов работы архангельского общества невропатологов и психиатров кафедр неврологии и психиатрии АГМИ (лекции, практические занятия, работа С.Н.К.), в которых отчетливо прослеживается предписываемая «перестройка» науки и практики этих дисциплин на «Павловский лад».

В АГМИ все преподаватели объединялись в группы по изучению трудов И.П Павлова. Руководили этой работой профессора Л.М. Шендерович и И.И. Лукомский.

На кафедру психиатрии впервые в истории АГМИ в 1954 году была выделена субординатура: на кафедре обучались 8 студентов 6 курса с целью воспитания нового поколения психиатров - «психиатров - павловцев»

Ассистент И.Д. Перминова (ныне И.Д. Муратова) была командирована в г. Москву в московский НИИ психиатрии МЗ РСФСР для освоения методик по исследованию в.н.д. (Речедвигательная методика по Иванову-Смоленскому).

На кафедре психиатрии после этого была организована лаборатория в.н.д., которая использовалась и для пед. процесса и для научной работы.

В русле новых предписываемых концептуальных подходов была запланирована и кандидатская диссертация ассистента И.Д. Перминовой: «О роли нейродинамических нарушений в генезе слуховых галлюцинации».

В психиатрических отделениях были выделены палаты для лечения больных с пограничными состояниями сном; профессор И.И. Лукомский и врач В.И. Мишенева широко применяли для лечения этих больных гипноз (по И.П. Павлову использовали в лечебной практике охранительное торможение).

На конференциях и сессиях психиатров в г. Москве и Архангельске профессор И.И Лукомский выступал с докладами: «Учение Павлова и Введенского, как теоретическое обоснование некоторых новых методов лечения психических заболеваний»; «Задачи психиатрической клиники в свете учения И.П. Павлова» и др. В этом же ключе проводился и ряд заседаний СНК, в том числе объединенных - с кафедрой неврологии и физиологии.

Как видно, кафедра психиатрии АГМИ достаточно разумно и прагматично применяла учение И.И. Павлова в психиатрии: были разработаны планы учебы сотрудников АГМА, планы перестройки работы общества психиатров и невропатологов, пед. процесса, работы СНК. Эта «перестройка» отразилась на практической работе врачей, терапии психических заболеваний, научной работе кафедры психиатрии. Однако к чести И.И. Лукомского, он не позволил себе оказаться в плену ортодоксального «Павловского» восприятия своей специальности. Он оставался, прежде всего, профессионалом - психиатром и учил этому архангельских психиатров. И.И. Лукомский отлично понимал, что для психиатра «Павловский подход» является не объяснением, а методом исследования - в противном случае это может оказаться той «словесностью», против которой выступал сам И.П. Павлов. Заставлять врачей-психиатров упражняться в этой совершенно бесполезной «словесности» вредно: они просто перестанут быть клиницистами. Может, быть, поэтому и наши 8 субординаторов - «павловцев», которые разъехались по окончании субординатуры по разным городам, оказались хорошими клиницистами-психиатрами. И при защите, в 1956 году ассистентом И.Д. Перминовой кандидатской диссертации: «О роли нейродинамических нарушений в генезе слуховых галлюцинаций» (научный руководитель профессор И.И. Лукомский) рецензенты отмечали: «В работе используется клинический метод,

лабораторно-экспериментальный (двигательная методика с речевым подкреплением А.Г. Иванова-Смоленского и словесный эксперимент), аудиометрия и исследование функционального состояния органа зрения...

Однако автор, будучи в первую очередь клиницистом, не увлекся «модой», а подчинил клиническому методу все другие методы, в том числе - экспериментальный, во всех его проявлениях».

И.И. Лукомский много консультировал больных (4 раза в неделю), проводил обходы отделений, клинические разборы больных. Регулярно проводились больничные конференции, заседания общества невропатологов и психиатров. Врачи очень серьезно готовились и к консультациям и к заседаниям общества и активно включались в их работу.

Кафедра сотрудничала с рядом кафедр института (нормальная физиология, патфизиология, терапия, неврология, хирургия), с научными учреждениями г. Москвы и Ленинграда: в Архангельске неоднократно организовывались научные конференции совместно с учеными Московского НИИ психиатрии и психоневрологического института им. В.М Бехтерева.

И. И. Лукомский был не только большим ученым, но и блестящим профессионалом -клиницистом, эрудированным высококультурным человеком, Учителем с большой буквы. Его разборы больных, научные сообщения, манера общения с коллегами, «ведения» учеников были незабываемой школой. Традиции клиницизма, заложенные ИИ. Лукомским, живут и по сей день в его учениках и будут жить, пока они живы.

Активно вовлекал И.И. Лукомский в научную работу практических врачей. Научной работой под его руководством занимались В.И. Мишенева, В.И. Жилова, Е.Ф. Павленкова, Н.П. Кислова, Л.М. Климова, В.Л. Мальцева, Н.И. Чуянова и др.

На кафедре психиатрии в эти годы обучались в клинической ординатуре Беляева Е.А. (1950 -1953), Перминова И.Д. (1951 - 1954), Климова Л.М. (1952 - 1955), Кислова Н.П. (1953 - 1956), Судакова Р.Н. (1956 -1958).

На кафедре преподавалась одна дисциплина - психиатрия.

Учебный процесс под руководством И.И. Лукомского приобрел определенную системность и методическую направленность.

Профессор И.И. Лукомский ведёт заседание студенческого кружка.И.И. Лукомский был блестящим лектором и педагогом. На его лекции приходили не только студенты, ассистенты, клинические ординаторы, но и практические врачи. Лекции всегда сопровождались демонстрацией и разборами больных.

Штатный ассистент на кафедре впервые появился в 1954 году (И.Д. Перминова после окончания клинической ординатуры), по совместительству пед. процесс вели врачи Переверзев Н.С. и Мишенева В.И.

С 1955 — 1957 годы И.Й Лукомский был деканом единственного, лечебного факультета АГМИ. Он всегда вел большую общественную работу, много выступал с лекциями перед населением.

С июля 1957 года И.И. Лукомский перешел на работу в Московский НИИ психиатрии МЗ. РСФСР, но до конца своей жизни не порывал связи с кафедрой психиатрии АГМИ и психиатрической службой Архангельской области. Он неоднократно и в последующие годы приезжал на научные конференции в г. Архангельск, оставался научным консультантом докторской диссертации своей ученицы - И. Д. Муратовой.

Работая в МНИИ психиатрии, он был избран членом президиума правления Всесоюзного общества невропатологов и психиатров, участвовал в нескольких международных конгрессах.

Для всех архангельских психиатров, кто знал И.И. Лукомского, он остается Учителем на всю жизнь - они измеряют себя и свой профессионализм - по нему.

В 1957 - 1958 учебном году временно обязанности зав. кафедрой психиатрии АГМИ исполняла ассистент, к.м.н. И.Д. Муратова.

Москети К.В. - доцент (1957-1963 гг)С 1958 - 1963 годы кафедру психиатрии АГМИ возглавлял к.м.н., доцент Москети Константин Викторович (1926 - 1994) - представитель Украинской Харьковско - Одесской психиатрической школы.

Кандидатская диссертация (1957 год) К.В. Москети была посвящена нейрофизиологической трактовке некоторых нервно-психических расстройств (с позиций учения Введенского и И.П. Павлова).

Научные интересы К.В. Москети отличались многоплановостью: клиника органических психозов, эпилепсия, лечение острых психозов и эпилептического статуса, микроэлементы, оксиданты, витамины в патогенезе и лечении различных психических расстройств. Так, в лечении малых эпилептических припадков он использовал АТФ, для купирования эпилептического статуса - марганцовокислый калий в растворе внутривенно, для лечения некоторых острых психозов -хромосмон.

В годы заведования кафедрой психиатрии АГМИ К.В. Москети работал над докторской диссертацией: «Эпилепсия. Клиника, патогенез, лечение». Защитил ее в 1968 году, уже, будучи зав.кафедрой психиатрии Одесского мединститута. Имел 24 печатные работы.

За период его заведования кафедрой психиатрии АГМИ происходил дальнейший рост психиатрической службы Архангельской области: в 1960 году на месте бывшей инфекционной больницы открылся второй филиал областной психиатрической больницы - «Новая Жаровиха»; в 1959 году в приспособленном деревянном здании - психоневрологический диспансер в г. Северодвинске (главврач Веселова МА), а чуть позднее - в г. Котласе; на месте корпусов бывшего лагеря заключенных - в 1961 году открылась областная психиатрическая больница № 2 в поселке Талаги (глав, врач Епифанов Я.С.) - на 300 коек.

Количество психиатрических коек в области выросло до 1200, количество врачей-психиатров до 68.

В 1962 году в АОПБ № 2 было переведено детское отделение, количество детских психиатрических коек было увеличено до 30. В АОПБ № 2 было организовано также наркологическое отделение на 100 коек.

На базе городских психиатрических отделений и диспансера начала функционировать самостоятельная судебно-психиатрическая экспертная группа врачей (Л.Н. Климова, А.В. Варавикова, И.М. Панасевич).

Учебной базой кафедры оставались два городских отделения на 100 коек каждое и психоневрологический диспансер (ул. Суворова, 1).

На кафедре студентам лечебного факультета преподавалась одна дисциплина - психиатрия. Лекционный курс читал доцент К.В. Москети, практические занятия вели штатные ассистенты: к.м.н. И.Д. Муратова и к.м.н. Г.М. Вельская.

Бельская Г.М. на кафедре психиатрии АГМИ работала с 1957 - 1965 годы после окончания аспирантуры на кафедре психиатрии 2-го московского медицинского института (зав. кафедрой -профессор О.В. Кербиков). В 1957 году она защитила кандидатскую диссертацию: «К клинике паранойяльного синдрома». Бельская Г.М. прошла хорошую клиническую школу на кафедре О.В. Кербикова. В работе ассистента проявила себя настоящим профессионалом-психиатром и талантливым педагогом. В 1965 году перешла на работу в Московскую психиатрическую больницу им. Кащенко на должность зам. главврача по экспертизе.

Кафедра психиатрии на этом этапе представляла собой опытный, сложившийся и слаженно работающий коллектив педагогов и клиницистов-психиатров. Сотрудники кафедры выполняли большую лечебную и консультативную работу, проводились клинические конференции, регулярно работало общество невропатологов и психиатров.

Ассистенты И.Д. Муратова и Г.М. Бельская вели плановые научные исследования, обсуждался вопрос о планировании ими докторских диссертаций.

В научную работу вовлекались практические врачи, имелись их совместные публикации с сотрудниками кафедры (Я.С. Епифанов, В.И. Мишенева, Е.Ф. Павленкова, Н.И. Муратов, Н.П. Кислова).

В 1963 году доцент К.В. Москети уехал в г. Одессу, где он заведовал кафедрой психиатрии в Одесском медицинском институте до 1994 году

К.В. Москети многие годы после отъезда из Архангельска с ностальгией вспоминал о кафедре психиатрии АГМИ и архангельских психиатрах.
далее >>>

© ГБУЗ АО "АКПБ"
2003-2017
новости | администрация | структура | история | услуги | вакансии
вопрос-ответ | литература | творчество | ссылки